Уж замуж... Так и быть!

Любопытно, сколько ей лет? При всем своем горячем желании я не могла разобрать очертаний ее лица, которое скрывалось за плотной вуалью. Но интуиция подсказывала мне, что гостья очень молода.

И вообще, ее платье больше всего напоминает подвенечный наряд. Белоснежное, с тонкими кружевами.

— Мне просто захотелось с тобой поболтать, — сказала я. — Я целыми днями одна. Выть от одиночества хочется.

— Да, мне тоже, — печально согласилась со мной Флексия. — Я рада, что ты пригласила меня. Я обитаю в подвале. Там очень холодно и сыро.

Интересно, а где сам Гейб? Наверное, скрывается, чтобы не вспугнуть девушку. Она кажется очень стеснительной и робкой.

— Флексия, почему ты не обрела покоя? — спросила я напрямую.

Силуэт девушки замерцал, и я встревоженно выпрямилась.

О нет, неужели сейчас она уйдет, испугавшись моей настойчивости? Мягче надо быть, Лариса, мягче. Наверняка ей неприятно вспоминать обстоятельства своей гибели.

— Горе переполняет мое сердце, — негромко прошелестела девушка. — Меня предали в день, который должен был стать самым прекрасным и чудесным в жизни. В день, о котором мечтает любая девушка. В день моей свадьбы.

Ага! Я радостно кивнула, мысленно зааплодировав своей догадливости. Стало быть, я не ошиблась. Передо мной действительно неупокоенная душа несчастной невесты.

— Как грустно, — сочувственно протянула я. — Как это произошло?

Призрак опять замерцал, на этот раз сильнее.

— Осторожнее!

Я вздрогнула от неожиданности, услышав Гейба, который зло зашептал прямо мне на ухо.

— Лариса, умерь свой пыл, — продолжил он все так же тихо. — Я с трудом убедил эту Флексию прийти сюда. По-моему, ей лет шестнадцать, не больше. Очень робкая и боязливая.

— Прости, что я так напираю на тебя, — тут же забормотала я извиняющимся тоном. — Но мне кажется это очень несправедливым и жестоким. Смерть — это всегда очень больно. Но гибель в таком юном возрасте и накануне собственной свадьбы… Даже страшно представить, как ты расстроена.

Мерцание прекратилось, и я украдкой перевела дыхание. Впору открывать курсы по общению с мертвыми.

— Счастье переполняло меня в этот день, — пролепетала девушка, нервно комкая в руках край фаты. — Мое сердце было готово разорваться от любви! Я была не в силах поверить такому чуду. Сам Джестер Курц обратил на меня внимание и предложил свою руку и сердце.

От неожиданности я икнула.