Уж замуж... Так и быть!

— И все-таки, Летисия, я не считаю, что это хорошая идея, — с едва уловимым нажимом проговорил Джестер. — Амелия слишком… э-э… неуклюжая. Я нанял ее всего пару недель назад и уже думаю отправить восвояси — столько всего она натворила за это время.

В последней фразе проскользнула ирония, понятная лишь мне. Хоть Джестер и говорил с нарочитой суровостью, но на сердце все равно потеплело. Ну хоть он не позволяет себе в адрес Летисии всяких ненужных эпитетов вроде «драгоценной супруги» и прочей ерунды.

— А я все-таки настаиваю.

Раздался шорох шелкового платья. Не утерпев, я бросила быстрый взгляд через полуопущенные ресницы, силясь понять, что происходит. И скрипнула зубами в безмолвной злобе, заметив, что Летисия самым наглым образом почти повисла на шее Джестера, глядя на него с невинной улыбкой.

Ишь какая! Ведь только что соловьем пела, рассказывая мне о неземной любви с другим мужчиной.

К моему удовольствию, Джестера заметно передернуло от столь явного проявления супружеской любви. Он осторожно скинул руки законной супруги со своей шеи и отстранился.

— Ну и что за муха тебя укусила? — сухо спросил он, на всякий случай сделав пару шагов назад, словно опасаясь, что Летисия вновь на нем повиснет. Язвительно добавил: — Знаешь, мне казалось, что мы все обсудили много лет назад. И я бы очень хотел, чтобы сегодняшний прием прошел без эксцессов.

— Без эксцессов? Каких же?

Летисия продолжала мило улыбаться, но от нее вдруг тугой волной повеяло раздражением. И я тут же насторожилась.

Ну да, ну да, конечно. Так я и поверила, что она рада равнодушию Джестера и его категорическому нежеланию видеть ее в своей постели.

Летисия, конечно, соловьем пела, рассказывая, что счастлива в новой жизни и с новым избранником. Но, сдается, на самом деле ее чувства к вроде как законному мужу еще не остыли.

— Летисия, ты прекрасно знаешь, о чем я, — сухо проговорил Джестер, прежде как-то виновато стрельнув в моем направлении взглядом. — Давай замнем эту тему. Я не желаю обсуждать наши семейные проблемы в присутствии посторонних.

— Как скажешь, мой бесценный. — Летисия горько вздохнула, всем своим видом показывая покорность судьбе. Смиренно сложила на груди руки и жалостливо попросила: — Ну пожалуйста. Пусть Амелия прислуживает мне сегодня. Я очень тебя прошу. — Подумала немного и добавила с чуть уловимой ноткой злорадства: — А то ведь точно без эксцессов не обойдемся.

— Ты мне угрожаешь?

Джестер задал вопрос спокойно, даже мягко.