Принцесса для строптивого дракона

- Нет, - покачал головой и двинулся дальше, - надо уйти поглубже в лес.

И мы опять потопали... куда-то потопали.

Где-то впереди послышался всплеск воды. Я удивленно посмотрела на своего куратора.

- Там река?

- Вроде пруд, - неуверенно сказал он, и через пару минут мы вышли на берег маленького озера. Вокруг стояла такая изумительная тишина, что я замерла. Где-то вдалеке заплакала ночная птица, а над нами закружила мошка, которую Райли разогнал каким-то простым заклинанием. – Придется обойти эту красоту.

Мы уже двинулись вдоль берега, как вдруг оба, одновременно заметили в высоких зарослях ивовых деревьев слабый огонек. Мы переглянулись. Каждый из нас легко определил, что это не просто огонек, а магический. Любопытно. Крифер показал пальцем «молчок», и мы бесшумно, обходя стороной заросли, пошагали вглубь, так сказать – на огонек. Кто же там уединился?

Пришлось идти едва ли не на цыпочках, обходя раскидистые ветви, заполонившие берег. Райли взял меня за руку, жестом показывая, куда наступать.

И вскоре, мы увидели деревянные перила беседки. Мы переглянулись. По его лицу я поняла, что он впервые видит это место.

Подходить ближе не стали, только тихо раздвинули нависшие над нами ветви. Просунули головы, едва не стукнувшись, и внимательно пригляделись. В беседке были двое. Девушка и мужчина, стоявшие к нам спиной. Они о чем-то тихо разговаривали. Потом мужчина притянул подругу ближе к себе, они развернулись… И мы увидели – кто это…

Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать! Что уж говорить о Райли Крифере, который разглядел свою невесту, Алоис Даросскую, целующуюся с молодым магистром Ником Черстером!

Вот это мы забрели!

Мы застыли.

Лично я обомлела, боясь пошевелиться. Потом бросила на Райли осторожный, сочувствующий взгляд… И удивленно сглотнула. Парень беззвучно смеялся. Его глаза выдавали такой неподдельный интерес, что я забеспокоилась.

- Райли, - шепнула я и трогательно дотронулась до его руки.

– Райли…

А что я могла сказать? Я не знала, что у него сейчас в душе. Может быть, буря и боль. А смех – от гнева, от злости, такое бывает. Или он искренне смеется, радуясь, что его невеста предпочла другого. Возможно, слухи верны, и он действительно против этой свадьбы.

Я аккуратно потянула его назад, хотя бы на пару шагов. Он поддался, ветви вновь скрыли от нас беседку, и я постаралась проникновенным, ласковым голосом успокоить своего куратора.