Отступники

В очередной раз покосившись в сторону стола, Илия увидела занятную картину – демон чертил на пустой дощечке иероглифы, выжигая их пальцем. Конечно, его сила послушна и не взбрыкивает, стоит Илии подойти ближе, в отличие от ее силы…

- Кариен, - неожиданно позвала она.

- А? – отвлекаться он не соизволил, продолжал выводить рисунок и над дощечкой вился тонкий сизый дымок. Хоть вообще услышал!

- После… ну, после дерева меня не слушается моя сила. Ты не знаешь, совершенно случайно, почему бы?

- Почему? – символ завершился резким росчерком и Кариен довольно изучал результат своих трудов.

– Это временно, я просто просеял ее, пытался найти подсказку, метку места, как она к тебе перешла. Ничего, правда не нашел… В общем, скоро она успокоится и все будет, как раньше.

- А почему не сказал?

Он громко, очень красноречиво фыркнул и взялся за новую дощечку.

И правда, с какой это стати демон станет отчитываться перед «обычным человеком», про себя покривлялась Илия, так же мысленно послала его глубоко в бездну и продолжила читать выданную ей книгу.

История оказалась не сказать, чтобы интересной (сейчас ей было ни до чего), но явно необычной.

«Я услышал про живущего на краю лавовой воронки демона, когда посетил проездом столицу провинции Террия. Видевшие его рабочие утверждали, что отшельник настолько стар, что его кожа потрескалась от времени, а рога расщепились от жара. Но ему достаточно одного короткого взгляда и слегка ощеренной пасти, чтобы отбить желание приближаться. Двоих пропавших в тех местах рабочих списали как раз в разряд глупцов, посмевших его потревожить.

Не буду останавливаться на подробностях длительного, тяжелого путешествия и поисков отшельника среди торчащих срезами вверх каменных осколков гор, сметенных лавовой волной во время землетрясения. Скажу только, что я его нашел. Вглядевший в лицо, похожее на потрескавшуюся от зноя поверхность пустыни, я испытал настоящий восторг - ведь это оказался действительно Налисон… Да и какой еще упрямец смог бы тут выжить?

Принял он меня враждебно и только после долгих убеждений, что мной движет один лишь интерес к истории, неохотно, но все же пустил в дом.

И первым делом набросил ветошь на картину над столом, закрывая изображение. Портрет женщины, даже заглядывать не нужно, чтобы в этом убедиться, ведь все знают историю его изгнания. Впрочем, нынешний Патриарх опасным старика не считал и преследования прекратил (честно говоря, нынешний Патриарх только этим и отличился).