Отступники

А они, естественно, оказались сильно мятыми. Так как Илия лучше контролировала температуру ветряного потока, проглаживать ткань пришлось именно ей.

Как и прошлым утром, в дверь неожиданно раздался стук. Тая в этот раз прятаться не стала, так как дверная задвижка была заперта и даже разъяренный Пабло не посмел бы ее ломать.

- Кто там? – прилежно поинтересовалась Илия.

- Почтовая служба, - звонко ответили из коридора.

Не переступая порога, курьер с профессиональной улыбкой протянул корзину редчайших черных лилий, среди которых ошарашенные девчонки не сразу разглядели тонкий белоснежный конверт.

Из него выпала небольшая карточка. Илия прочитала ее несколько раз, прежде чем смогла понять, что там написано.

«Наследник императорского престола, Самуил четвертый рода Венценосных имеет честь пригласить Илию, младшую дочь господина Пехонского на весенний академический бал, который состоится последнего числа текущего месяца».

В конце еще была огромная витиеватая роспись и четкая императорская печать.

Ноги подкосились и Илия опустилась прямо на пол, крепко сжимая клочок пахучей бумаги.

- О…ть! – оглушительно громко сообщила Тая, сползая рядом.

Разве кто-то смог бы сказать точнее?

Лекции тянулись бесконечным монотонным потоком. Новость жгла изнутри, требуя радостных воплей и прыжков, но еще утром они с Таей решили, что лучше будет пока никому об этом не сообщать. На молчание Таи можно было полностью положиться, она знала, когда можно болтать, а когда действительно не стоит.

Впрочем, Илия не смогла удержаться и рассказала все Марисель. Та задумалась, хмыкнула и внимательно уставилась темными глазами.

- Ну, попробуй, - великодушно разрешила в конце концов.

Патрик и вовсе ничего не сказал.

Теперь Илия только и делала, что представляла переполох, который случиться, когда все узнают. Завидовать, конечно, будут дико и это приятно, бездна поглоти! Но и пакостить начнут, а это уже не так здорово.

«Ладно, подожду пока, а там что получиться. И вообще… вдруг это просто чья-то шутка?», - сделала вывод Илия.

Хотя не знала ни одного шутника, даже из самых состоятельных, который смог бы грохнуть на розыгрыш столько, сколько стоила корзина черных лилий. Но мало ли кому они насолили… как знать.

«Буду молчать!», – решила Илия и, действительно, молчала.

Когда заканчивалась последняя в этот день лекция, в аудиторию заглянул помощник декана Ларсон, широко улыбнулся, увидав Илию и сообщил, что ее ждут в деканате.