Отступники

Волосы Илия давно уже отстригла и теперь походила на мальчишку, хотя они опять отросли чуть ниже ушей.

Вечером снова накормила чужака, который все так же осунувшись, сидел под деревом, снова предложила перетащить его дом, потому что на улице холодно, но он снова отказался.

- Может, хоть одеяло тебе вынести? - вздохнула, в конце концов. Такое впечатление, что он не излечиваться сюда приехал, а наоборот, поскорее помереть. Копать еще одну яму никакого желания не имелось.

- Нет, - устало прикрывая глаза, ответил чужак и позже, когда она уже уходила, неуверенно добавил, – спасибо.

Оставалось надеяться, что к утру он не замерзнет, но, по большому счету, это его выбор. Только вот найти с утра под яблоней труп – не лучшее начало дня.

Ночью Илию разбудил сильный грохот. Вторая весенняя гроза, лениво подумала, закрывая глаза и пытаясь снова заснуть. Не получилось. Тогда она вылезла из-под одеяла, босыми ногами дошлепала до печи, протянула руку, нагревая остатки угля, пока они не вспыхнули ярким огнем. Когда-то… в прошлой жизни ей трудно было создавать такую высокую температуру, но демонская сила, будь она неладна, и тут подсобила.

Потом поняла, что мешает ей заснуть. Там, под деревом сидел человек, пусть и умирающий, пусть и странно упрямый, но еще живой. По крайней мере, она надеялась, что еще живой.

Она сделала зонтик, преграду над головой, не пропускающую влагу, и отправилась на улицу.

Чужак был насквозь мокрый и уже сполз на землю, уткнувшись лицом в молодую травку.

Илия подергала его, не дождалась никакой ответной реакции и потащила в дом за ноги, беззвучно ругаясь.

Бросила к огню несколько перстных самодельных одеял, которых от прошлой хозяйки остался переизбыток, водрузила сверху чужака и стала сушить его горячим ветром. Его одежда сильно выцвела и обтрепалась, так что не было понятно, откуда он прибыл. Лицо незнакомца уже потеряло опухлость и казалось куда симпатичнее, только было необычно узким. Или привыкла, что у окружающих (а ими были одни деревенские) лица другие, круглые, как блины и такие же на вид домашние.

Через время чужак очнулся, с трудом разлепив глаза. Илия дала ему попить.

- Слушай, – нехотя сказала, – ехал бы ты домой! Ну, не лечат Соты, ничем тебе не помогут! Все равно… лучше уж дома. Давай обоз придет - домой отправишься?

И глаза у него были странные, не сужающиеся к уголкам, а словно резко скошенные.

- Я, пожалуй, все-таки останусь, - негромко, но спокойно ответил.

- Ну и…

Илия не договорила, развернулась и ушла спать.