Отступники

Огонь им не страшен, броню трансформации оружием не пробьешь, яд для них нечто вроде острой приправы, а про магию даже упоминать глупо…

- Кариен, - тихо позвала Илия. Он замолчал и послушно повернул к ней голову.

- А ты… А что будет с людьми, когда ты прорвешь основную границу? – горько спросила Илия.

Его лицо медленно разгладилось. И лишившаяся света комната стала просто незнакомым помещением, забитым массой громоздких предметов.

- Зачем ты об этом думаешь? Тебе ничего не угрожает.

- И все же? – убито повторила Илия, потому что ответ уже получила.

- Я же сказал – тебе боятся нечего. Не забивай себе голову!

Потом он развернулся на стуле и пододвинул стоявшие на столе предметы, похожие на лабораторные пробирки, заполненные черной вязкой жидкостью. Стал прижимать к стеклу пальцы, пуская магические искры и сверять с надписями на пробирках, всем видом показывая, что разговор закончен.

Опять тупик, слабо подумала Илия, опускаясь на подушку и подтягивая ноги к груди. Перед глазами сияли восторженные глаза ее демона.

Неужели он ни разу не думал, что произойдет с людьми? Или ему просто без разницы? Только не так…

И почему же нужно опять думать? Кто сказал, что она должна все время пытаться что-то решить? И вообще, как может спасти мир слабая человеческая недоучка, которой даже собственная сила не подчиняется?

Вот бы заснуть. Сейчас Илия не отказалась бы даже от услуг ментального мага.

Когда хмурая Лейвия принесла поднос, Илия даже не пошевелилась.

Кариен одним широким жестом освободил на столе место, сдвинув в сторону все, что там лежало. Демоница аккуратно поставила поднос и, высоко подняв голову, неспешно пошла к выходу. У двери на миг замерла, словно ожидая оклика, но не дождалась и исчезла.

Демон пододвинул один из стульев, удивленно посмотрел на Илию, словно не понимал, чего это она задерживает завтрак. Себе подвинул другой стул, от стены, сел напротив.

В животе давно уже было пусто и морить себя голодом причин не было, несмотря на дикое желание сделать что-нибудь наперекор.

И эта необходимость думать и искать выход… Почему-то умственный труд Илию всегда выматывал больше физического и аппетит вызывал более острый. Не заботясь о приведении одежды в порядок, Илия поднялась и пошла к столу, где села уже перед пододвинутой тарелкой. В ней лежало все тоже мясо. Илия еще ощущала сильную слабость, горло иногда резко перехватывало, но к счастью, тут же отпускало.