Фёдор и Флинн

— Да, — пролепетала она, даже невольно поразившись тому, как смущённо прозвучали её слова, — мне правда лучше.

Несколько длительных секунд юноша изучал её взглядом, будто пытаясь понять, не стоит ли на всякий случай раздобыть ещё и одеяло. Но потом он слегка отстранился от неё, а заметив робкий жест Флинн, сел рядом с ней.

— Но всё-таки, — проговорил Фёдор, немного погодя, — под дождём действительно было хорошо. — Он мягко улыбнулся и, поднеся руки к губам, выдохнул на них, пытаясь согреть.

— Главное, чтобы ты не простудилась, а то я не уследил…

Флинн даже с неким умилением посмотрела на него. Он так волновался за неё, даже несмотря на то, что и сам, наверняка, замёрз. Чуть приблизившись к нему, девочка накинула ему на плечи половину пледа, отчего юноша отрывисто выдохнул, не ожидая, что она так поступит.

— Спасибо, — поблагодарил он, взяв край пледа.

Вместе они неловко сидели на небольшом расстоянии друг от друга. Оба не знали, почему были так смущены.

Флинн, опустив взор, перебирала в руках край промокшей рубашки. Одежда была холодной и мешала согреться. А смущение не позволяло девочке приблизиться к юноше, даже несмотря на сильное желание сделать это. Но внезапно она ощутила, как сильные руки Фёдора обвили её талию, а в следующее же мгновение он мягко притянул подругу поближе к себе. Она подняла на него удивлённый взор и увидела, что парень был смущён не меньше её.

— Мне кажется, так будет теплее, — пробормотал он, не глядя на неё.

— Ты так сжалась под пледом… я просто не могу спокойно смотреть, как ты мёрзнешь…

В его голосе действительно слышались тоска и желание помочь, а бережные объятия просто не могли не умилить. Флинн прильнула к нему, давая понять, что он прав. Ей хотелось как-то подбодрить его и поблагодарить за ласку и заботу, и она осторожно взяла его за руку. Но вместо того, чтобы, переплетясь с ним пальцами, сжать его ладонь покрепче, девочка дрогнула.

— Фёдор, да у тебя у самого руки просто ледяные! — воскликнула она.

Не обращая внимания на смущение юноши и забыв про собственную неловкость, Флинн чуть приподнялась и так же, как и Фёдор в тамбуре, согнутым указательным пальцем коснулась его переносицы: — Сам-то ты не лучше!

Девочка даже нахмурилась, глядя на него. Её даже не смущало то, что она, практически всем телом прильнув к юноше, держит его за руку и склоняется почти к самому его лицу.