Фёдор и Флинн

Ну что же делать, если, как ни крути, а по имени его называет только Флинн?

Подруги проводили взором парней, которые вышли в тёмный коридор Всемирного экспресса. Дверь закрылась, и теперь той волшебной атмосферы будто и не бывало. Лишь какой-то странный отзвук игрового азарта всё ещё парил в купе. Флинн тяжело вздохнула, прекрасно понимая, что парни сегодня уже не вернуться, и перевела взор на Пегс. Девочка даже слегка удивилась, обнаружив, что подруга наблюдает за ней. А в следующее же мгновение её лицо озарилось улыбкой.

— Вы с Фёдором сегодня такие милые были, — сказала она, и Флинн явно расслышала в её голосе восторг.

— Пегс, перестань, — одёрнула её Флинн, поднявшись с пола. Хотя, по непонятным ей самой причинам, слышать что-то подобное девочке было приятно.

— Но он же тебя даже поцеловал при встрече! — воскликнула Хафельман, после чего тоже встала на ноги.

— Пегс, — со смехом предостерегла подругу Флинн.

Девочка подошла к своей кровати, надеясь лишь на то, что Пегс хотя бы не видит её счастливой улыбки.

Как не крути, а её сердце всё ещё трепетало от одной лишь мысли о том, что Фёдор так ласково чмокнул её в переносицу, несмотря на то, что друзья смотрели на них.

— Да что Пегс? — осведомилась Хафельман. — Если бы вы так не прижимались друг к другу на протяжении всей игры, то я бы и слова не сказала.

Флинн с прищуром посмотрела на подругу.

— Это мы-то с Фёдором прижимались друг к другу? — спросила она, лукаво улыбнувшись.

— А кто от счастья чуть не сбила Касима на пол, когда скинула первый дом?

Щёки Пегс зарделись, и на несколько мгновений она даже не знала, что сказать. Именно этими мгновениями Флинн и воспользовалась, чтобы запрыгнуть в свою кровать. И как раз вовремя.

— Что это ты сейчас сказала, а? — будто опомнившись, воскликнула Пегс. — О чём это ты сейчас там подумала?

Но Флинн лишь рассмеялась. И всё-таки, этот вечер они провели просто отлично.

Все вместе. Даже удивительно как-то. А началось-то всё со странной на первый взгляд идеи Касима, которая внезапно взбрела ему в голову в столовой. Да ещё и письмо заставили написать Фёдору… Сейчас эта короткая записка, впоследствии отправленная в складской по пневматической почте, казалась настолько забавной и нелепой. Но Фёдор, даже несмотря на всю странность этого предложения на обрывке блокнотного листа, всё равно пришёл в их купе.