Фёдор и Флинн

Она быстро прошла через чайный бар, невольно сорвалась на бег в пустой столовой и притормозила лишь в хозяйственной части, где Кёрли проследил за ней, запыхавшейся от бега, но отчего-то радостной девчонкой своим орлиным взглядом. Флинн неловко отбросила с лица пряди волос, на несколько мгновений остановившись на мостике между багажным вагоном и складским, а потом открыла дверь в её привычное место встречи с кочегаром.

В складском вагоне было немного жарче, чем в других, но Флинн, движимая лишь мыслью о встрече с парнем, не замечала этого и огибала многочисленные стеллажи.

И вот она вывернула из-за последнего шкафа и… невольно остановилась, увидев Фёдора.

Кочегар стоял у открытого окна, встречный ветер из которого, проскальзывая внутрь, колыхал его тёмные волосы. Лямки рабочего комбинезона болтались от пояса, сброшенные вниз. А выше пояса он был обнажён. На его мускулистом торсе, руках и на уставшем лице виднелось несколько чёрных мазков сажи. Грудь плавно вздымалась и опускалась от спокойного глубокого дыхания, и сейчас было хорошо заметно каждое движение мышц.

По шее скользнула капелька пота, сбежала вниз… Судя по всему, из-за летней жары юноша принял решение снять футболку. А Флинн была просто не в силах даже шевельнуться. Похоже, она деже перестала дышать и поняла это, только когда лёгкие зажгло от недостатка кислорода, и девочка наконец судорожно вздохнула.

И, вероятно, именно это отвлекло Фёдора от «проветривания» у распахнутого окна.

Он обернулся на неё и…

— Флинн? — Юноша явно был слегка озадачен её внезапным, раньше, чем обычно, появлением.

Вот только почти тут же, осознав причину её поражённого взгляда, сам смутился не меньше. — О бог мой..!

Фёдор поспешно отвернулся и дрогнувшей рукой схватил брошенную в гамак футболку.

— Прости, Флинн, — бормотал он, неловко и далеко не с первого раза успешно, расправляя комок чёрной ткани. — Я не думал, что ты придёшь раньше… и сегодня так жарко…

Вывернув наконец футболку на нужную сторону, Фёдор натянул её на себя.

А Флинн, как бы сильно она ни была смущена, поймала себя на том, что невольно пялиться на то, как напряглись мышцы его рук, когда он поднял их, как, стоило юноше чуть наклониться, подав сильные плечи вперёд, напрягся его торс… Это завораживало… Девочка сглотнула и, чувствуя, как ещё больший жар прилил к её щекам, закрыла лицо ладонью поперёк, накрыв указательным пальцем нос.

— Флинн, я… — начал было Фёдор, посмотрев на неё.

— Я понимаю, — поспешно сказала она.