Бастард. Истина в глазах смотрящего

Южанка старалась скрыть от своего хранителя то, как ей тяжело приходилось и во время ходьбы, и даже просто стоять на одном месте. Изрезанные песком ступни стали ощутимой проблемой.

— Подвинься, — Линайра вздрогнула, услышав голос северянина.

Девушка не ожидала, что он появится так скоро. Или же она сама задумалась слишком крепко? Тем не менее, южанка подвинулась, во все глаза рассматривая Райдрига. Обёрнутая вокруг бёдер простыня скрывала самое пикантное, что, признаться, очень интересовало одну не в меру активную южанку.

— Я могу сама, — попробовала она подать голос, но осеклась, когда Райд бесцеремонно плюхнулся на скамью, сунул южанке в руки бинты и крышечку от банки. — Хорошо, я подержу.

Мужчина молча похлопал по колену, Линайра понятливо села боком и положила свою ступню на беро наёмника. То, что Райд был по пояс обнажён, очень сильно путало мысли девушки, не давая ни на чём конкретном сосредоточиться.

Когда прохладная мазь коснулась кожи, а по предбаннику разлился аромат полевых и лесных трав, дыхание Линайры сбилось, сердце застучало чаще, стало жарко, а в кончиках пальцев словно кололи маленькие молнии. Райдриг осторожно наносил лекарство, втирая его подушечками пальцев, отчего разум южанки взмахнул цветастым танцевальным платком и исчез где-то за горизонтом.

— Почему ты была в ту ночь босиком? — вопрос прозвучал настолько неожиданно, что девушка не сразу поняла, к кому он обращён.

— Так получилось, — просто пожала она плечами. — Я торопилась.

— Торопилась? Ты убегала из дворца, я помню, Арикадо сказал, — Райдриг дал лекарству впитаться, после чего принялся бинтовать ногу южанки.

— Я торопилась к тебе, — Линайра ответила прямо, надеясь, что сможет поймать взгляд наёмника, но тот продолжал своё занятие, не поворачивая головы. — У меня было видение. О твоей гибели.

— Ты поступила крайне безрассудно, подвергнув свою жизнь опасности, — Райд закрепил повязку магией и отпустил ногу.

— Я бы поступила так снова. Тысячу раз снова и снова, если бы мне давали шанс исправить что-то, — Линайра подняла вторую ногу, укладывая в руки северянина.

— Почему? — мазь снова коснулась израненной ступни, рубцы на которой стали уже подсыхать, причиняя неудобства.

Южанка поразилась вопросу. Ей было странно, что умный мужчина не понимает или не хочет понимать совершенно очевидных вещей.