Ависийская роза

Льер задрала голову, ловя его дыхание, судорожно вдыхая полной грудью запахи свежести, весны, дождя… Ей внезапно захотелось кричать – о-о-о, Боги, как же хорошо, когда ты держишь меня в объятиях, прижимаешь к себе, и так не хочется, чтоб ты разжал руки и отпустил. Такое маленькое желание, чтобы все происходящее длилось вечно. И такое, увы, невыполнимое. Она прикусила изнутри щеку,  боль немного отрезвила. Во рту поплыл солоноватый привкус.

- Ты меня убить хочешь? – спросил Шиан, едва касаясь губ.

- Нет, - шепнула Льер, - тебя – нет.

- А кого тогда? Короля? Что за артефакт ты сделала, Льер?

Впервые назвал ее по имени. Не высочеством, от которого уже оскомина, а по имени, которое прозвучало как-то особенно сладко и мучительно.

- Сдался он мне… ваш король… - не имея больше сил бороться с собой, Льер свободной рукой обхватила инквизитора за шею и притянула к себе. Спросила коротко:

- Ты отправишься со мной в Ависию?

- Нет. Мое место – здесь.

- Да ты издеваешься, - прошептала она, - если я уйду сама… что будет с тобой?

- Со мной ничего, - почти беззвучно ответил он, - потому что меня не будет.

Льер втянула воздух, ставший как будто густым. Вот оно, ее наказание. Такой чистый, такой… необыкновенный. Единственный. И недосягаемый.

- У меня достаточно средств, чтобы жить безбедно, - прошептала она сбивчиво.

Мука сделалась невыносимой. Горячие тела разделяет лишь одежда. Пальцы покалывает от напряжения. А в животе свилась тугая спираль, налилась жаркой тяжестью – и Льер хочется бездумно закрыть глаза, проваливаясь в сладкое ничто, и чтобы его руки, губы были повсюду.

Чтобы взял ее грубо, прямо на ковре, а она… она подчинится, потому что слишком долго ждала этого, ждала того, кому захочет принадлежать.

- Но ты в одном шаге от короны, - проговорил он хрипло.

- Шаг к короне – и слишком далеко от тебя…

Внезапно Шиан отпустил ее, сделал торопливый шаг назад, а потом, не глядя, вышел и хлопнул дверью. Колени подогнулись, и Льер, задыхаясь, опустилась на ковер. Под кожей гулял огонь, дыхание сбилось, а злые слезы жгли глаза.

Вот что это было, только что? Что?!! И ведь не играет он с ней. Так никто не играет, глаза не могут так лгать.

Она повертела в пальцах артефакт и с размаху швырнула его в стену. Потом, оглядевшись, смахнула со стола вазу – та брызнула фарфором во все стороны. Но Льер почему-то полегчало. Способность здраво мыслить кое-как, прихрамывая на обе ноги, возвращалась к ней.

«Если я уйду без Шиана, Аламар его убьет».