Ависийская роза

В вороте черной шелковой рубашки искрилась булавка с крупным бриллиантом, и Льер почему-то подумалось, что облик инквизитора напоминает ночное небо. Бездонное, пугающее, с переливающимися каплями холодных и бездушных звезд. Хотя Аламара сложно было назвать бездушным: судя по всему, маленькую свою жену он любил безумно.

- Нам пора, ваше высочество, - сдержанно сказа он, - все готово к заключению брака. 

Льер в последний раз окинула свое отражение рассеянным взглядом. Вот и все. Она становится королевой.

А весна, соловьи и безумная, чувственная ночь в охотничьем домике остаются в прошлом.

Окинув Аламара высокомерным взглядом, Льер подала ему затянутую в тонкую перчатку руку и медленно двинулась ко входу в главный зал дворцовой часовни.

Высокие двери, покрытые затейливой резьбой, открылись, и Льер сразу утонула в мягком золотистом свете, что падал снопами сквозь стрельчатые окна. Впрочем, глаза скоро привыкли, она быстро огляделась: скамьи, расставленные по периметру, были пусты.

И лишь у круглого алтаря у дальней стены часовни замерли две фигуры: жрец Всеблагого в длинном светло-сером одеянии и темноволосый молодой мужчина в кипенно-белом мундире. Высокий, худощавый и… странно знакомый.

Вздохнув, Льер сделала несколько шагов вперед, и в этот миг король Рехши резко обернулся и посмотрел на нее в упор. Ей показалось, что она с размаху напоролась на стеклянную стену. И стена эта, осыпаясь осколками, вспорола грудь рваными полосами.

Как сквозь толстый слой ваты, донесся голос Аламара.

- Не делайте глупостей, ваше высочество. Ну же, идем дальше. Вас ждут. Не стоит все воспринимать, хм, настолько близко к сердцу.

Льер, не отрываясь, смотрела на короля. Сделала еще шажок, крошечный, через силу. И еще. Понимая, что надо развернуться и бежать отсюда, продолжила свой путь – с высоко поднятой головой и застрявшем в горле комком из слез и крика.

Она шла, и с каждым шагом что-то отмирало внутри, отваливалось грязными, выгоревшими слоями, как если бы в доме случился пожар, и выгоревшие обои отшелушивались от каменных стен.

Король Шедар… Или Шиан – серьезно смотрел на нее, его темные глаза казались провалами в бесконечность.

Льер через силу вздернула подбородок.

Да они… просто посмеялись над ней. Просто играли, заставляя делать то, что им нужно.

Просто… посмеялись. А ее вываляли в помоях.

Последний шаг, и она останавливается перед высоким, по грудь, алтарным камнем и обращает взгляд к жрецу.