Рисунок шрамами

Я не стала испытывать судьбу, пытаясь проникнуть по ту сторону поста – не уверена, что это безопасно, поэтому просто велела кучеру остановиться.

- Что это за пост? – поинтересовалась я, стараясь говорить так, будто изнываю от лени и разочарования остановкой, а не от жгучего любопытства.

- Это пост, за которым неспокойные земли. Повстанцы…

- Повстанцы – это некрогеры-сао?

Возница молча наклонил голову.

- И этот пост…

- Предназначен для защиты короля и земель, потому что иначе сао нахлынут волной и снесут нас всех в свою гнилую топь.

Сделают дикарями, как они сами.

Я с недоумением оглянулась. Мы находились не так уж и далеко от замка. Но если здесь уже кордон, получается… Получается, что подконтрольной земли у короля не так чтобы уж очень много. Конечно, возможно, с других сторон посты расположены не так близко, но что-то подсказывает – навряд ли.

Выходит, я дважды живу на краю вулкана – и не только потому, что всем безразлична моя жизнь, а ещё и потому что, вероятно, весь замок со всем поголовно населением находится в… в своеобразной осаде? Предположим, если воскресить в памяти карту земель, перенесшихся в мир вместе с некрогерами, а потом наложить примерное расстояние, на котором от замка располагается пост.

.. Даже с учётом восточного направления. Получается, во власти короля…

Я вздохнула. Процентов десять, не больше.

То есть, что выходит, практически всю территорию некрогерских земель удерживают повстанцы? Дикари?

Над этим стоило подумать, как и над очередным вопросом – стоило ли лезть туда, за пост? Не опасно ли это? Стоит ли искать там выход? Путь побега?

Ума не приложу…

Дорогу домой, уже привычно покачиваясь в шатре, я потратила как раз на решение.

И оно было следующим – мне стоит пробраться на территории дикарей и разузнать, что там. Что происходит? Возможно, получится найти обходной путь к землям отца, потому что лезть напрямую сквозь решётки в горный проход – всё равно что лишний раз радовать садиста Филимона. Кстати, это он обозвал меня хабиршей. Он – первый. А на днях я выяснила точное обозначение данного слова. Мила смягчила его до слова чужачка, а полное определение звучит так: «чужое, то, что отторгается».

И я бы с удовольствием, ну, отторглась, да не получается – решётки на пути мешают.

Ладно, ну его! Теперь дальше - возница мне только помешает, потому что в случае чего без возражений любому вышестоящему лицу выложит, чем занималась приблудная невеста, то есть я, во время прогулки.