Магистр ее сердца

Лицо Телоры разгладилось, она недоверчиво рассматривала Мариуса, все еще ладонями закрывая ребенка. А потом тихо спросила:

- Чего вы хотите от нас?

- Мне от вас ничего не нужно, - он пожал плечами, - но интересно, как ты попала туда… в подвал… с ребенком. Насколько мне известно, ваших никогда не ловили за Пеленой. Только тех, кто забредал в земли Порядка. Что вам здесь было нужно, Телора? Зачем потащила дочку с собой?

Женщина опустила взгляд, снова вжала голову в плечи, как будто постоянно боялась, что ее будут бить.

- Вы же… знаете, откуда у крагхов берутся дети, - хрипло прошелестела она, - ну и вот. У меня был… мужчина, отец Ливы. Я… у нас все было хорошо, но он тосковал по родине. И я его отпустила. А потом, когда Лива подросла, то просила меня хоть раз повидать отца, и мы…

- Сделали редкую глупость, - холодно заключил Мариус, - все ясно. Ты хотя бы знала, где искать отца дочери?

Лицо Телоры сморщилось, глаза моментально покраснели, налились слезами.

- Мы же… нашли его. Нашли! Только вот… ваши его убили.

Она изо всех сил сжимала губы, чтобы не разрыдаться, и Лива вдруг высвободила из материнской хватки тощие ручки, обхватила ладонями лицо женщины, принялась гладить ее по щекам, размазывая слезы. Мариусу хотелось бежать из этой комнаты, прочь, ничего не видеть и не слышать. Что-то грубое, страшное рвало в клочья сердце, гнуло к земле, стискивало горло… Он понял, что задыхается – от всей этой безысходности, от чужого детского горя.

«Ну, теперь ты еще поплачь за компанию», - цинично заметил он про себя.

Чтоб не видеть этих двоих, снова отвернулся к окну. Пусть разговаривают с его спиной, так будет легче всем.

- Ты хочешь вернуться в земли за Пеленой? – спросил он.

- Я не знаю. Там меня тоже никто не ждет.

- Что-нибудь умеешь делать?

Тихий всхлип. Не оборачивайся, Мариус, не оборачивайся. Не то тебя самого сейчас развезет, как чувствительную барышню.

- Я… так все умею.

- Если хочешь, я могу тебя взять прислугой, - тихо сказал он, - мы с женой недавно переехали в Эрифрею, дом большой и пустой.

По-прежнему не хотелось оборачиваться.

Но – заставил себя.

Телора взирала на него настороженно, но без ненависти. Заинтересовал, значит, предложением.

- Я бы… согласилась, - пробормотала она, - но, боюсь, ваша жена будет против Ливы. Хотя она тихая девочка, мешать точно не будет.

- Моя жена не будет против, - заверил Мариус.