Второй шанс герцогини

И я хотела бы поверить словам подруги, только вот этим утром моя кожа под венцом мести защипала, стала горячей как чайник и будто впитала метку в себя, оставив на месте рисунка лишь покраснение. Я удивленно терла место, и собиралась поговорить с Аниэль об этом, но даже не подумала о том, что послужило исчезновению венца.

А теперь все стало на свои места.

Регал отомстил за меня.

Как и сказал Дин, гвардейцы появились около двери Аниэль через полчаса, как в нее вошел сам Дин. Старшина отряда был предельно вежлив и обходителен, хотя, возможно, так на него влиял стоящий рядом со мной огромный профессор Лайтег.

— Не беспокойтесь, миледи. Мы проводим вас во дворец. Вам ничто не угрожает, миледи.

— Герцогиня Росалес имеет право на сопровождающего.

— Мужчины не могут быть допущены в Овальный зал.

— А я не про себя. Герцогиню может сопровождать всеми уважаемый профессор Пруфиус.

Аниэль вежливо склонила голову и встала около меня.

— Профессор Лайтэг абсолютно прав. Отказать в сопровождающем вы не можете.

Старшина блеснул злобой, но фальшиво поклонился и пропустил нас вперед. Дин склонился к Аниэль и что-то ей прошептал, держа подругу за руку. И отпускал ее пальцы очень медленно.

В холле к нам кинулся Микош, но гвардейцы вдруг загородили ему путь, не подпуская ко мне, как к преступнице.

— Что вы делаете. Это наш дворецкий! — я громко отругала гвардейцев, но лишь снова увидела этот самодовольный злой блеск в глазах старшины.

— Не положено, миледи. Только один сопровождающий.

— Микош, возвращайтесь домой.

Я скоро вернусь. Не переживайте.

Микош напряженно замер, но отступил назад. Старшина посмотрел на меня и чтеко проговорил:

— Следуйте вперед, миледи.

Мне хотелось от всей души зарядить этому мерзкому мужику по лицу, чтобы не думал самоутверждаться над женщинами, но я ничего не знала о состоянии Регала, и ужасно боялась спровоцировать своими действиями ненужную никому агрессию.

Нас усадили в карету с закрытыми окнами, отчего внутри был тускло и душно. Я старалась отвлечься на шепот с Аниэль, но голова болела с нарастающей силой.

Я плохо помнила, как мы дошли до этого Овального зала. Около дверей в камерный зал Аниэль оставили на диване, не позволил ей шагнуть со мной внутрь. И к головной боли прибавились нервы — меня трясло, я начала хватать ртом воздух, но перед глазами окончательно потемнело, когда ко мне вышел арх-герцог. Весь в белом и золоте — он ослепил мои глаза своим блеском, и я провалилась в приятную бархатную тьму.

— Сиенна.