Второй шанс герцогини

Я уже отправила послание о встрече с профессором. Это правда важно, — все это я говорила мужчине, который сидел на краю кровати в моей спальне, раздвинув широко ноги, и обнимал меня за талию, все сильнее и сильнее прижимая к себе. А на мне было домашнее платье с удобным лифом, в который похоже и намеревался уткнуться бессовестный Регал. Глаза у него искрились от предвкушения, что еще чуть-чуть и он полностью вожмет меня в себя. — Ну пустите же, милорд, — запыхтела я, пытаясь разжать сильные руки.

— Вы читайте-читайте принесенную почту, я просто рядом посижу, — ухмыльнулся наглец и притянул к себе еще сильнее.

Я вздохнула громко и плюнула на тщетные попытки освободиться. Никогда бы не подумала, что герцогу так важны касания и прикосновения, слишком суров он был и надменен. И хотя последнее никуда не испарилось волшебным образом, но зато проявилось скрытое, то, что точно могли знать лишь близкие.

Близкие...

Я отвлеклась от письма из мэрии, где витиеватым языком расписывалось по смыслу лишь одно предложение: «Мы невероятно счастливы приезду нашей герцогини.

Дайте денег на починку крыш после зимы» — и посмотрела на Регала.

— Милорд, а как поживают ваши родители? Есть ли у вас близкая родня? Мы же будем праздновать помолвку и надо пригласить заранее.

Он сразу замер, вглядываясь в меня с укоризной, и на секунду мне показалось, что не ответит, но Регал выдавил из себя несколько сухих предложений:

— Родителей унес Черный Пепел, тогда еще не умели бороться с этой заразой, а остальная родня.

.. Из остальной у меня только дед по отцовской линии есть, мама была сиротой. Он старый драккар, который только ворчит и поучает. И он вряд ли прибудет на помолвку. Он мне обычно желает помереть в наших горах за то, что я, видите ли, дефектный. Долго не мог найти свою избранницу, — с грустью усмехнулся Регал и все-таки притянул к себе, утыкаясь лицом в то самое место между животом и шеей. Обычный мужчина, который любит ласку, а никакой не злой драккар.

— Я все равно приглашу. Так будет правильно. А что характер непереносимый, так вы, милорд, ничем не лучше.

— Я? — вскинул удивленно брови Регал и нагло потерся носом о тонкую ткань. Глаза его моментально вспыхнули игривым озорством и вожделением. Я диву давалась, как он так моментально мог сменить свое настроение. — Я очень послушный. Все сделаю, что попросишь, Сиенни.