Рыжики для чернобурки

А сейчас… Легкомысленная голубая блуза навыпуск, удлинённый светло-серый жилет с тонким поясом — и кто под всем этим отличит военную выправку от отличной осанки!

Каюта мелко задрожала, по стенам прокатился длинный, протяжный стон — сигнал о погружении. Койка дёрнулась, заставив меня ухватиться для надёжности за стол и придержать второй рукой бумаги на коленях. Пол накренился, тряска усилилась. Сейчас червь полз по спирали вниз, к близким в этом месте водам Океана: именно толщина породы определяла, где можно, а где нельзя строить червячные станции.

Спуск занял немногим больше получаса. Ещё один стон другой тональности — и мир вокруг выровнялся, а тряска прекратилась.

Я с минуту прислушивалась к наступившей тишине — не считая болтовни соседа — и старалась дышать ровно, чтобы унять застучавшее в горле сердце.

В такие моменты всегда не по себе. Жутко думать, что длинное гибкое тело извивается над Бездной, почти прижимаясь спиной к Тверди. А внизу, под ногами и его брюхом, — изначальный безбрежный и бездонный Океан.

И живущие в его глубинах древние чудовища, которые вечно парят в толще воды.

Говорят, воды Океана в глубине столь прозрачны, что сквозь них, особенно у края Тверди, можно увидеть блеск чешуи. Глупости, конечно: Долгая Змея для этого слишком далеко, её даже сквозь толщу воздуха видно очень редко. Вот если немного отплыть от берега, тогда — да, можно увидеть. Но близко всё равно не подобраться: вдоль края Мира, там, где лежит в воде её бесконечное тёмное тело, удерживая небосвод, вихрятся такие течения и такие ветры — никак не добраться.

Говорят, если нырнуть на черве поглубже, можно преодолеть эту преграду, но там свои опасности. Если у кого-то подобное получалось, он промолчал.

Черви считаются самым надёжным транспортом. С ними почти не случается аварий, они прекрасно дрессируются, послушны погонщику, а существа из глубин, которые способны причинить им вред, почти не поднимаются к Тверди.

Но всё равно — страшно, потому что здесь от тебя уже ничего не зависит, и если с червём что-то случится — это смерть.

Раньше погонщиками служили в основном змеи. Потом червей почти не осталось, как и чешуйчатых; насколько я знала, сейчас их работало меньше десятка. Но дефицит не грозил, потому что путешественников тоже стало гораздо меньше: население Мира с прихода зелёной гнили и по сей день сократилось как минимум втрое.