На работу в другой мир. Черная невеста

В смерть.

Небытие?! Это слово мгновенно врезалось мне в сознание. Я же знала это место! Может, не совсем это, но то странное межмирье, похожее на вокзал душ, помнила прекрасно.

- Подожди! Ты помнишь, я тебе рассказывала...

Но договорить я не успела. У входа в разлом недалеко от нас начал разворачиваться портал.

- Уходим! - глухо прорычал Айдэр, резко перемещая нас прямо в замок.

Стоило очутиться в спальне, как он тут же обнял меня так крепко, как будто хотел заслонить от всего света.

- Кто это был? - спросила, уже догадываясь.

- Он?

Мой черный маг еще сильнее сжал меня в объятиях и кивнул. А потом его словно прорвало.

- Прости. Я виноват! Я не должен был приглашать Аллена в наш дом!

Его слова отдавали горечью и разочарованием. Айдэр не хотел показать, но я же знала, что ему больно. Он ведь страшно одинок...

Но ничего, теперь у него есть я. И если у меня еще оставалась какая-то внутренняя обида за тот ужин, то сейчас она выгорела дотла.

- Айдэр, - сказала я, глядя ему в глаза.

- Ты ни в чем не виноват. Разве мужчина не имеет права пригласить в свой дом гостя? Брата? Просто предупреждай меня заранее, чтобы я знала, чего ждать. А еще лучше, если мы будем принимать решение вместе.

- Ты правда этого хочешь? - спросил он с жаждой вглядываясь в мои глаза.

- Конечно, ведь я твоя жена.

На несколько мгновений он завис, в глазах как будто огненные сполохи закружились. Кончики губ дернулись в улыбке.

- Же-ня? - прошептал хрипло.

Понятно, что быстро это не закончилось.

Однако, спустя какое-то время мои мыслительные способности включились снова. Был во всем этом один момент, который я никак не могла понять.

- Айдэр, скажи, а чем вообще занимаются светлые маги? Наследный принц? Регент, королева и все остальные? Совет ваш, в конце концов?! Почему вечно тебя дергают закрывать прорыв на границе?

Он откинулся назад на подушки и уставился в потолок, заложив руки за голову. Ответил не сразу:

- Потому что на данный момент я самый сильный маг. Учитывая мои способности, унаследованные от матери, даже сильнее, чем когда либо был мой отец.

- Что? То есть, ты сильнейший, а эти...

У меня не было слов! Я аж подскочила на постели.

- То есть, эти ублюдочные светлые, кроме своих придворных козней вообще ничем не занимаются?!

Он только усмехнулся, шевельнув бровями.

- Мне это не трудно, ты же видела.

- Я вижу, что творится страшная несправедливость! - проговорила я, сердито натягивая простыню.

- Брось.