Снег и пепел

Кощею оставалось догадываться почему это не выполнил кто-то другой из шумерского или аккадского пантеона богов.

Но Гильгамеш говорил, что сам взял этот заказ. Пустыня его стихия, его податливо слушающийся тайфун, что подскажет и поможет. Кощей в ответ пожал плечами, молча согласившись. Он мало понимал законы и правила других пантеонов.

Он выскочил из храма, громкие шаги эхом отдавались на мраморные стены и потолок. Разъярённый, громкий и злой Гильгамеш спустился по ступеням, плюхнулся рядом с ним и сокрушенно вздохнул.

- Ну что сказали? – с любопытством говорит Кощей.

Гильгамеш цыкнул раздраженно, пожал плечами. Алые волосы разметались в разные стороны, руки сжаты в кулаки раздраженно, а глаза полыхают ненавистью. Кощей невольно сравнивал себя с ним, понимая, что не достиг такого уровня ответственности и дисциплины. Ему до сих пор даже тяжело встать ранним утром! Нужно менять свой режим сна, так дела не делаются, сказал бы Чернобог.

- Шакалы последние, твари фараоновы! – рявкнул Гильгамеш.

– Задание то выполнили, но вот награда за потраченное время народное спокойствие.

Кощей пожимает плечами, немного не улавливая сути, но соглашается. Чужой мир, чужие законы и правила. Ему ли как князю и сыну Нави не знать, как изменчив и разношёрстны миры.

- Может выпьем?

***

Таверна «У Иштар и сынов» похожа на шумное сборище людей вовремя Акиту, весь простой люд от нищих и крестьян до богачей. Цветов и жертвенных подношений только не хватает.

Они лавируют между пьяными телами, стараясь не коснутся кого-либо.

Никто их не увидит пока они этого не захотят, но лишний раз на драку нарываться нет желания. Гильгамеш выхватывает два стакана грога со столика синюшного пьяницы, лежащего лицом вниз и пускающего слюни. Кощей проходя мимо, морщится от отвратительного зрелища.

Гильгамеш и Кощей сели за столик в самом углу таверны, распивая сладковатый ячменный грог и слушая человеческую возню. Есть в этом какое-то очарование, едва уловимая искра жизни, которая в любой момент могла закончится.

- Бабы, - внезапно начал Гильгамеш. – Бабы странный народ, но я думаю все получится у тебя.

Кощей сдерживает раздраженный рык, приглушает силу ссохшихся костей и пепла, осыпаясь и падая, та оставляет запах тлена. Расскажи ему что раз десять пожалеешь, что заикнулся. Не для совместного обсуждения в баре рассказывал он это, скорее мнение со стороны узнать и все.

- Спасибо.

Он делает глоток грога, рассеяно гоняя туда-сюда жидкость во рту.