Отвергнутая

— Я так волнуюсь за тебя! Боже, Аля, да как вообще всё это возможно? Благая магия, звериные владыки… не получается принять. Даже после изнанки всё равно кажется, что мы в дурном сне и вот-вот проснёмся.

Алиса отстраняется и за руку разворачивает меня к себе. Её кожа вновь золотится неземным светом, а в синих глазах танцуют сияющие звёздочки. И кажется, что она смотрит внутрь себя, таким рассеянным сделался её взгляд.

— Это не жуть. Это битва с настоящим злом. Моя задача — отстоять право людское на собственную жизнь без вмешательства высших сил.

Владыки насаждают свои порядки. Даже после ссылки на изнанку они продолжают влиять на людской род, извращая его и склоняя к тёмным первобытным желаниям. В моих силах это прекратить и дать людям право самим распоряжаться своими жизнями.

Слова срывались с её уст, но казалось, что говорит кто-то другой, настолько иначе звучала моя подруга. Она никогда не была такой. Она могла выпить, ругнуться в сердцах, солгать и поставить свои интересы выше других. Как и любой другой человек.

В ней было и доброе, и плохое, и вредное, и смешное. Но то, что сейчас шло от неё, поднимало волоски на моей коже. Будто на покрывале рядом со мной лежит сама Благая владычица.

— Ты правда считаешь правильным то, что тебя выдернули из обычной жизни и толкнули в это? Помнится, ты не хотела быть избранной, — осторожно сказала я, а она улыбнулась, холодной рукой коснувшись моей щеки.

— Я не понимала, какая это великая честь — стать иллюминэ. Быть проводником воли владычицы. Яра, я вижу твоё беспокойство.

Но… я чувствую в себе изменения, будто меня подсоединили к чему-то великому и светлому… — она заговорщически подмигивает. — Просто поверь — это всё ещё я. Но теперь мне открылась истина, и я не могу отступить, пока дело не будет сделано. Пока изнанка не будет уничтожена вместе со звериными владыками.

* * *

Из резиденции светочей меня вызвался отвезти Глеб. Прощание с Алисой вышло скомканным, а больше никто и не вышел — не по чину теперь со мной возиться. Кто я для них? Так, пустое место.

Но мне и самой их видеть не хотелось. Какое-то глупое чувство стыда одолевало. Будто я не оправдала возложенных надежд. И откуда это вылезло?..

Но было кое-что ещё. Страх.

— То есть я возвращаюсь к своей жизни, и обо мне все забудут? Тот же Марк не станет мстить? Или использовать меня против Алисы?

Сидящий за рулём Глеб чуть мотнул головой, лохмача шевелюру, но даже не улыбнулся, будто мне открылась вторая сторона светоча — серьёзная и деловая.