Отвергнутая

Сказать Глебу? Я и так слишком ему доверилась. Доверие нынче опасная штука.

Зазвонил мой собственный телефон. Накинув халатик, я поставила его на подставку и включила видеосвязь. На экране отобразилась Аня и мама. Они приветственно машут руками и улыбаются вовсю.

— С днём рождения, сестрёнка! — громко восклицает Аня, и мама поддакивает. — Желаю счастья, любви и здоровья!

— И удачного обучения в универе! — добавляет мама, чуть щурясь сквозь толстую оправу очков.

— Аня! Ты такая красивая! — воскликнула я, обращаясь к сестре.

— Спасибо, моё самое пушистое солнышко!

Она и правда солнечная. Пошла в папу, кареглазого блондина. А вот я в маму — чёрные волосы и серые глаза. Мы такие разные, что даже и не скажешь, что сёстры. Аня больше похожа на Алису, чем я. Такая же добрая и светлая. Неудивительно, что родители так влюблены в свою дочь. На контрасте — я настоящая тёмная тучка.

— Когда ты к нам приедешь? — спрашивает Аня, потягивая сок из трубочки. Мама скрылась с заднего плана — она собиралась отвести дочь в аквапарк.

— Я скучаю!

— Нет. Не скучаешь, — развеселилась я. — Ты слишком довольная для скуки. Чем вы там занимаетесь?

— Вчера в бухту заплывали дельфины! Представляешь, они такие большие и совсем не страшные! — взахлёб заговорила она. — Мы ещё ходили на конную прогулку. Я теперь хочу стать жокеем! Лошади просто потрясающие!

Она говорила, я же просто улыбалась, слушая её весёлое щебетание. Какая же она маленькая. Какая же хорошенькая. Одиннадцать лет назад родители принесли маленький вечно орущий кулёк домой и сказали, что это моя сестра.

Сказали, что она особенная, и я должна о ней заботиться и оберегать. Тогда я её возненавидела, считая, что Аня украла моих родителей и мою жизнь. Ведь ей вечно было что-то надо! А мои желания были задвинуты на задний план.

Сколько горячих слёз я тогда пролила. Особенно много, когда она подросла и её поселили в моей комнате, сделав глобальную перестановку. Её кровать была поставлена под лучи солнца, моя же задвинута в тень.

И по мере её взросления она ненавязчиво заполоняла пространство. Несмотря на болезнь, сестрёнка всегда была шебутной девчонкой, у неё вечно всё ломалось и взрывалось в руках. Но, несмотря на всё это, Аня прочно вошла в моё сердце своей непосредственностью. Солнечностью. Совсем как Алиса.

Нехорошее предчувствие пробудило шрам, и я машинально потёрла грудь. Моя семья под ударом. Паша чётко дал понять, что меня так просто не оставят в покое.