Муравьиный мед

Голубоватое свечение охватывало склеп и изнутри. По стенам тянулась каменная скамья, на пьедестале в окружении уродливых изваяний демонов скорби лежал ссохшийся труп. Ветхая, покрытая иголками инея ткань не скрывала ни полуокружий ребер, ни обтянутых окаменевшими сухожилиями рук, ни стиснутого этими руками меча. Кожа на черепе незнакомца еще не истлела, но вместо глаз темнели провалы. Зиди опустил Рич на скамью и потянулся к мечу, но девчонка требовательно прошептала:

- Дверь!

Невнятный шорох доносился с улицы. Зиди метнулся к выходу, затворил жалобно запевшую решетку, подхватил одного из каменных уродцев, установленного в ногах мертвеца, и забил его между решетчатой дверью и внутренней аркой.

Посмотрев между прутьями, Зиди остолбенел. По дороге брели мертвецы. Источая трупную вонь, шаркая ногами, щелкая суставами, они двигались внутрь города.

- Мы закрывались от них? - прошептал баль непослушными губами, обернувшись к Рич.

- Нет.

Девчонка лежала на скамье как медуза, выброшенная волной на скирскую пристань и высушенная Аилле.

Она вновь была прекрасна, если не считать обесцвеченных медом ресниц, бровей, волос, напоминающих теперь рыжий поблекший пух. 

- От кого я закрывал дверь? - спросил Зиди, осторожно закутывая Рич в плащ.

Он не думал о том, почему его тело, на котором шрамов было больше, чем чистой кожи, вновь слушается его. Он не спрашивал себя, отчего не болит колено, и левая нога послушно упирается в землю. Лишь слегка дрожит от слабости, но слабость это не боль. Зиди вообще ни о чем не думал, даже о том, что Рич явно едва удерживает себя от беспамятства.

Он только чувствовал ее слабость и надвигающуюся опасность. 

- Не знаю, - ответила она, но Зиди не услышал ни звука. Он угадывал ее слова по губам.

- Мертвые... Эти мертвые не опасны. Они уходят в падь... Не знаю, зачем. Опасность здесь... и не здесь.

Зиди вновь шагнул к мертвецу, чтобы забрать меч, но Рич едва заметно мотнула головой.

- Нельзя. Ничего нельзя брать, иначе нам не выбраться отсюда. Я слаба, а от тебя хозяин вещи не отстанет, пусть даже ты порубишь его на куски.

 

- Но у меня только это! - Баль стиснул рукоять ножа.

- Этого хватит… Положи нож на лавку, накрой моим платком и прижми ладонью рукоять к камню. Жди и слушай меня.

- Ты будешь колдовать?

- Ты... 

Снаружи донесся скрип. Звук был столь омерзительным, что, еще не видя его источник, Зиди почувствовал ужас. Тяжелое тело ползло по камням, терлось о стену склепа, шуршало мерзлыми песчинками.