Последняя ведьма. Не мой инквизитор

Жуткая, но совершенно безобидная, в отличие от милашки Кристобель.

Но магии в этих предметах не было, ни единой капли. Гаспар, видимо, тоже почувствовал это, потому как больше не поднимал тему с инквизиторской проверкой, зато поинтересовался кое-чем другим.

— У нее была еще одна кукла? Такая тряпичная, с глазами-пуговицами?

— Нет, простите, я не помню. Если это важно, сейчас спрошу у Эйприл…

— И заодно поищите координаты ее подруги, — влезла я. – Вдруг она знает больше.

— Х-хорошо.

Женщина затравленно поглядела на нас и вышла из комнаты.

Я же быстро осмотрелась, затем вытащила большую спортивную сумку из-под кровати и начала сгребать в нее все книги о магии, которые видела в комнате. Учи Дженни квантовую физику с тем же усердием, наверняка бы к тридцати годам вписала бы себя в историю. Или разнообразие микроорганизмов. Кораблестроение… Да что угодно, только не магию.

— У нас нет полномочий изымать вещи пострадавшей, — шепнул мне на ухо Гаспар.

— Расскажи мне об этом побольше, — в тон ответила я.

– Мой дом инквизиторы просто выпотрошили. Родителям погибшей этот хлам даром не нужен, но в нем лежит ответ на вопрос, что же случилось с Дженни.

— Или она просто нашла обряд в сети.

— Ведьмы, даже самозванные, те еще консерваторы. Они может быть и сидят в группах по открытию чакр, но обряды наверняка записывают на бумаге. И читают с нее же.

Гаспар покачал головой, затем взял со стола ноутбук Дженни и сложил его в сумку поверх книг.

— Сколько же в вас, господин инквизитор, ведьмовского пренебрежения к законам и правилам, — ехидно прокомментировала я.

— Если уж проверять, то все. Вдруг Дженни не настолько консервативна.

Я показала ему класс и еще раз магией прощупала комнату, но пентаграмма была единственным, что откликалось на нее, остальное активизируется только в умелых руках и при правильном использовании. Надеюсь, у родителей Дженни хватит ума последовать моему совету и стереть изображение на полу, иначе эта трагедия в их семье может быть не последней.

Гаспар галантно подхватил тяжелую сумку, а я не стала играть в обиженную независимость и возмущаться. Тем более нес он ее легко, как дамскую, хотя книг там было под два десятка.

Вниз по лестнице я почти летела, надеясь не столкнуться ни с кем из близких родичей Дженни, но в холле ее тетя уже обнимала другую, слишком похожую на нее женщину. Та казалась старше и гнулась от горя, а черное платье только подчеркивало ее бледность.