Последняя ведьма. Не мой инквизитор

— Этим Коллинзам нужно сдавать дом для съемок хоррора, — заметил Гас и первым вошел внутрь. – Не будь я карающей дланью, уже бы бежал отсюда со всех ног.

В двухэтажном особняке действительно почти не горел свет. Но я знала, что двум живущим здесь людям совсем не нужны столько комнат, а счет за электричество обременителен даже для них. Но выглядело действительно зловеще.

Гаспар даже остановился, вытащил из кармана «шарлатанку» и покрутил ее над ладонью. Камень быстро сменил цвет с прозрачного на темно-вишневый, вдруг потемнел, затем резко выровнялся на бледно-розовом.

— Не дрейфь, — я хлопнула инквизитора по плечу. – Во всем Черном Ручье нет ничего более жуткого, потустороннего и зловещего, чем я.

— Мир полон сюрпризов и всегда готов ими делиться, — ответил он.

На крыльце особняка уже появилась престарелая экономка Коллинзов, такая же строгая и угловатая, какой я ее помнила. Даже желание спрятаться от нее хотя бы за спину Гаса или нырнуть за дерево, было все таким же острым, как в детстве.

Тогда мои тайные визиты к Коллинзам были почти единственной отдушиной, чем-то настолько обычным, человеческим, правильным, что я радовалась им больше, чем любым подаркам.

Правда, потом мы с Хью потерялись на годы: я жила в специальном интернате за много миль от дома, с ограниченным числом посещений, он остался в Черном Ручье. Снова мы встретились только год или полтора назад. Хьюго раньше положенного закончил колледж, а я уже открыла свою лавку и потихоньку развивала свое дело.

Кажется, он пришел ко мне с проверкой из-за чьей-то жалобы. Ведь если ты траванулся в придорожной забегаловке, то в этом наверняка виновата ведьма.

Хьюго сильно изменился: вымахал настоящей каланчей, раздался в плечах, но из-за очков в толстой оправе и привычки сутулиться смотрелся еще большим музыкантом, чем элегантный Дебре.

Он, кстати, уверенно поднялся по крыльцу, махнул удостоверением и вошел в дом, я же быстренько заскочила следом, на ходу поздоровавшись с экономкой.

И странное дело, Гаспару она тепло улыбнулась, а от меня по-прежнему воротила нос, как от прокаженной.

В холле нас уже встречали. Миссис Коллинз, как всегда, выглядела безупречно со своей строгой укладкой и в светлом деловом костюме. Кажется, за прошедшие годы она не сменила ни любимые фасоны, ни даже цвет помады. Приглушенный розовато-коричневый, идеально сочетавшийся с ее цветом кожи.