Проклятие Анершерата. Последний вызов

Такое было гораздо понятнее странного поведения и замашек залётной степнячки. Так смотрели, когда раздумывали, убивать или поиграться ещё немного.

Безумием было отвечать на такой взгляд девчонки младше меня лет на десять, но она уже сотворила столько, что убить не жаль.

Поэтому я крутанул кинжалы, доставая из ножен.

— Будешь драться с девушкой? — Алтан захлопала глазами, что в такой позе смотрелось глупо и жутко.

— Ты убила Лориана! — рыкнул.

Каким бы уродом он ни был, какие бы разногласия между нами ни стояли, Лориан всегда оставался правым.

Сейчас я это понимал. И пусть понимать и смириться — разные вещи, признавал, что Ари выбрала правильно. Как бы это ни раздирало в клочья душу.

Ведь Ариса мне не изменяла, она пришла к тому, за чьей спиной могла укрыться от любых проблем и неприятностей. Тому, кто действительно отдал бы за неё жизнь, но не как я из желания покрасоваться, а чтобы спасти и защитить. От всего.

— Я целила в его императрицу. Он подставился сам.

И защитил.

Впрочем, Алтан мало волновали мои метания.

Она как ни в чём не бывало выпрямилась, стряхнула пылинки с платья, откинула назад длинную копну светлых, практически белых волос. И улыбнулась как наивная, милая дурочка, какой не являлась.

— Владыка расстроен? — притворно спала с лица. — Жалкая Алтан разозлила единственного? — последнее она выдохнула с придыханием, достойным уличной девки.

Рианы, вот это растил Торнграв? Девчонку с лицом Святой Аитаи и душой чернее некромантской?

Кинжалы опустились сами собой.

Я просто не знал, что делать. Драться с ней? Убить? Рвануть во дворец, чтобы... что?

Пасть в ноги Ари, теперь полноправной императрице? Предложить свою жизнь? Узнать, что с Лорианом? Посмотреть, наконец, в глаза Элу и маме?

— Я расчищу для тебя этот мир, — неожиданным шёпотом в ухо. — Для Владыки, любимого, единственного...

Неправильные слова, тёмные, но настолько желанные, что удержаться невозможно.

И руки сами скользнули вверх, к обнажённым плечами. С силой рванули ткань, послышался треск.

Но Алтан не испугалась, куда там. Девчонка рассмеялась, звонко, радостно. Обняла за шею, вонзила ногти в загривок, от которого по позвоночнику мгновенно прокатилась горячая волна.

— А если я тебя не хочу?

Помешательство, безумие. Дикое, срывающее крышу. Пожарище, на котором догорали остатки моей души.

— Хочешь. Не можешь не хотеть.

Жаркий, ласковый язык скользнул по шее. Вырвал ругательство, достойное самых грязных улиц Унаша.