Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

— Ну разумеется, — на лице Мэг на мгновение появляется некоторое подобие улыбки. — Ты ангел. Ты не можешь быть мне врагом… Потому что ты — мой раб.

Я успеваю заметить, как она снова вскидывает руку, и мою щеку снова прожигает насквозь болью. Я слышу свой крик словно со стороны, обхватывая голову руками.

В моем мире не существует сейчас ничего, кроме боли. Раскаленной, плавящей меня насквозь, проникающей во все закоулки разума, невыносимой боли.

Догадка просачивается в подсознание вместе с тем, как эта боль становится буквально частью меня.

Щека. Печать. Она делает со мной то же самое, что и с Дэмианом. Пытается подчинить. Чтобы это прекратилось, мне нужно подчиниться… Но как? Я ведь даже не знаю, чего она хочет…

“Борись, Ариана!”

Нет, ну как он мне надоел! Чертов манипулятор, лживый, расчетливый сукин сын, трусливый подонок, который только и может, что пытаться что-то там тявкать внутри моей головы, в то время как взбесившаяся демоница разрушает его же академию!

Ну уж нет.

“Просто помни, что Мэг никому не желает зла”, — эти слова Дэмиана куда как громче звучат в моей голове, и въелись в мой разум почище любого иного воздействия, и я не раз успела прокрутить их в мыслях.

Даже сейчас, опустившись почти на колени, ощущая невероятную боль, я понимаю, что Мегера в своем праве. Ее изгнали. Ее лишили дома. И сейчас… Она думает, что все против нее.

— Я не хотела… — пытаюсь прошептать я. — Эти крылья… Они тебе не угроза.

Может, я и направлялась сюда с мыслью защитить от опасности всех окружающих, совершенно не помня себя и повинуясь неясному инстинкту, то сейчас я была уверена в том, что целиком и полностью вернулась к своей человеческой ипостаси, по крайней мере, разумом и чувствами.

И что на самом деле я тоже никому не желаю зла.

И все происходящее — одно большое недоразумение.

На мгновение я ощущаю небывалое облегчение. А уже в следующую секунду Мегера вдруг взрывается смехом. Едва-едва сумев разлепить веки, я поднимаю на нее взгляд силясь подняться в очередной раз с колен.

Она смеется искренне, в голос, неясно чему веселясь.

И это звучит куда как более жутко, чем ее холодный и презрительный тон за пару минут до этого.

— Ладно… Пора заканчивать этот спектакль, — подняв голову, Мэг говорит куда как более громко, словно бы обращаясь к самому зданию академии: — Андрас! Сегодня я получу свое!

Я успеваю лишь нахмуриться, пытаясь понять смысл ее слов, как в ту же секунду вдруг вздрагиваю от резкого громкого звука, словно от раската грома.