Академия соблазна. Дурнушка из преисподней

Будь я кошкой, точно бы зашипела от ярости, а так — только лишь сдерживаю откровенный оскал ненависти.

— Так-так… — высокий голос эхом отражается от высоких потолков и стен по мере того, как Гемера, выцокивая каблуками размеренный ритм, делает несколько шагов из дверей по направлению ко мне.

Как жаль, что она — не иллюзия. Иначе бы развеяла ее ко всем чертям.

— Выходит, все мои сумасшедшие подозрения насчет твоего родства с Руфиусом — чистая правда, — о, надо же, эта стерва еще и улыбается.

Так очаровательно… Если не знать, кто она, и впрямь можно за Мэг принять.

— Хочешь поговорить со мной о папочке? — жаль только вот, что у меня не совсем получается играть в ее игру под названием “будем разговаривать так, словно мы давние подружки”. Я безумно хочу ее придушить. И это явно слышится в моем голосе… Да и на лице, должно быть, тоже написано.

Не знаю, на что я надеялась. Обмануть бдительность ведьмы у меня не получается — вижу по тому, как она подозрительно щурится в ответ, как вальяжно делает шаг в сторону, начиная обходить меня сбоку… А еще она не отвечает.

Я слишком прямо заявила ей о своем отце. Выдав тем самым то, что желаю отвлекать ее разговорами. Впрочем… Каэль сам виноват. Не на ту особу он поставил, отправляя меня на амбразуру. Я не справлюсь. С самого начала всем говорила…

Впрочем, что уж теперь.

Моя задача — тянуть время. А потому я медленно разворачиваюсь, вторя траектории Гемеры, так, словно мы две диких тигрицы, решивших разорвать друг друга на куски.

И плевать, что вместо этого я хочу лишь свернуться в уголочке и разрыдаться от пережитого ужаса. Я хотя бы попытаюсь сделать то, что от меня требуется.

— Ты здесь одна? — задает Гемера вполне ожидаемый вопрос.

— Разумеется, нет, — елейно улыбаюсь я, стараясь хотя бы немного подыгрывать ее невозмутимой манере держаться.

— О, — кажется, мой ответ ее несколько удивляет.

— Выходит, ты и впрямь явилась сюда в одиночку.

Сработало. Двойной блеф, чтоб его. Главное не выдать своего внутреннего ликования, что у меня получилось обмануть ее хоть в чем-то.

— Все, что мне нужно — это лишь знать больше о моих родителях, — выпаливаю я, пытаясь изобразить плохо скрываемые, почти что подростковые эмоции.

Я так и должна сейчас выглядеть. Трудным ребенком, от которого всю его жизнь скрывали правду.