Наречённый для ворожеи

И кругом подвешенные пучки трав, а на полках ряды берестяных туесков с корешками, почками, семенами и соцветиями растений. Любопытная и деятельная Рута, быстро поев, обследовала все углы и сунула нос в большинство туесков.

– Печь ведь нужна не только кашу разогревать? – догадалась дочка ведьмы.

Спрашивала она у Заряны, а ответила вдруг Позёмка, нежным звенящим голоском:

– Угадала, всегда надо что-то вскипятить или подогреть, а некоторые зелья томятся в печи целую ночь.

– Ой, ты заговорила! – обрадовалась Липа, а Лушка с Морошкой бросились с Позёмкой обниматься.

– Малы́е, кыш доедать кашу! Скоро вам спать, – попеняла близняшкам Заряна, которая, видно, обожала всех отчитывать. К Позёмке она тоже обратилась с укоризной: – Ну, что же ты? Неужто обычной совы испугалась?

– Не совы, маленькая лесавка с дерева прыгнула. Прямо мне на плечи, – принялась оправдываться белоснежная девочка, щёки у которой слабо порозовели. – И как крикнет совой в ухо! Я испугалась и тоже вскрикнула... по-моему, из меня не только спутница воину, обычная травница не получится…

– Брось убиваться, я бы на твоём месте тоже завопила, – принялась утешать Липа расстроенную Позёмку.

– Почему же лесавку не отпугнул твой оберег? – вдруг раздался женский голос от двери. Оказалось, в комнату незаметно вошла Альдона, и все девочки поспешно встали её приветствуя. Рута слегка замешкалась, но сделала, как все. – Это точно была лесная нежить? Может, проклятое дитя, которого утащил леший?

– Не распознала, – совсем поникла Позёмка.

– Лесавка была голая, шалила с удовольствием, правда волосы, кажется, не зелёные.

– Кажется? – довольно сухо спросила Альдона.

– Луна за облачко зашла…

– Ладно, всё поправимо. Завтра поедем с тобой по соседним деревням, постараемся разузнать, пропадал ли у кого ребёнок. Кстати о малых ребятах – не пора ли кому-то спать? – насмешливо, и вместе с тем ласково поинтересовалась Альдона, поглядывая на Лушку и Морошку.

Вместе с близняшками в постель отослали и возмущённую Руту, которая и не подозревала, что в свои почти восемь лет должна будет делить спальню с шестилетками.

Ужасно хотелось остаться со старшими девочками и расспросить их о проклятых детях. Но и разговор в спальне оказался внезапно интересным, ведь сразу не уснули.

Прежде всего сестрёнки зажгли свечу и принялись перебирать своих кукол, рассевшихся в ряд на лавке под окном. Выбрали по одной тряпичной подружке и утащили в кровати, на лавке же осталось ещё с пяток.