Наречённый для ворожеи

– Я тебя бросайт! Уезжайт с Зарян!

– Скатертью дорожка, – пробормотала себе под нос страшно довольная Рута. И просияла ещё больше, услышав стук быстро удаляющихся копыт.

Конечно дочь ведьмы понимала, что Илька ещё сто раз опомнится и попросит прощение. Но за одну только «глупую девку» можно будет поизображать великую обиду на всю оставшуюся жизнь!

В обители Руту сразу разыскала Заряна и заговорила очень сухо, строго поджав губы:

– Не серчай, если хочешь знать, мне Ильрих без надобности. Так велели руны.

На время вас разлучить.

– Так я и не серчаю, – лукаво улыбнулась дочка ведьмы. – Радуюсь! Может, ещё приворожишь барончика для верности? Чтобы уж точно с тобой уехал?

– Тавр? – сразу поняла Заряна. – Вот ты ушлая проныра, у него же невеста!

– Небось пока не жена! – почувствовав что краснеет, огрызнулась дочка ведьмы.

– Тогда я лучше поворожу, чтобы Тавр не обращал на тебя внимания, – ледяным тоном пообещала Заряна и пошла прочь.

– Позёмке пошла докладывать? – спохватившись, крикнула ей вслед Рута.

– Угадала! – повернув голову через плечо, неумолимо процедила Заряна.

До самого вечера дочка ведьмы отсиживалась в подвале обители, пропустив и праздничный обед в честь совершеннолетия Ильриха. Не потому что боялась расправы, ледышка скандал не устроит, и драть волосы разлучнице не кинется. Просто как Рута себя не оправдывала – дескать, у неё тоже любовь, а сердцу не прикажешь! – перед Позёмкой всё-таки было стыдно.

Уже при свете луны Рута своё убежище покинула и тихо прокралась в спальню.

Которую по-прежнему делила с сестрёнками ягинями и их давно подросшими котами баюнами. Каждый теперь был размером с хорошую цепную собаку.

– Ты где была? – сонно пробормотала Морошка. – Тебя Магистр спрашивал, теперь уже утром к нему ступай.

– Илька тоже тебя искал, – как всегда дополнила сестру Лушка. – Всё расстраивался. Вы поругались?

– Спи, давай, – буркнула Рута, уныло гадая, о чём с ней желает говорить Магистр. Впрочем, ясно о чём.

Зря она пооткровенничала с Заряной, выдала сердечную тайну про Тавра.

Но Магистр, к которому Рута заявилась с утра пораньше с самым независимым видом, сердитым или просто строгим не выглядел.

– В общем так, – сказал он, – приходила тут ко мне вчера Позёмка. И знаешь о чём попросила?

– Знаю, – буркнула Рута, которая даже не надеялась вымолить прощение. – Отправить меня из обители куда подальше. К чёрту на кулички.

– Ты что-то слишком мрачно шутишь.