Шип и хаос. Факультет отверженных

Я с досадой подняла голову, чтобы опять упереться взглядом в насмешливую физиономию стихийника. Он медленно перевернул ладонь и указал пальцем вниз.

— Ух!

Воздух вылетел из лёгких сам собой. Никакой щит не помог мне остаться на прежнем уровне над полом. Я провалилась. Грудь сдавило каменными тисками. Я чувствовала себя беззащитной мышкой, зажатой когтистой лапой. Отвратительное ощущение.

Вторая попытка вытянуть из щели между плитами росток кристалла истратила последние нити хаоса. Придётся начинать всё заново.

Бесполезно!

Мой дар не созрел для подобных подвигов. Сколько ни тужься — хаотит не наполнит концентратор. Следует признать, я необученная, юная ведьма. Осознание собственной слабости резануло по душе. Я проглотила непрошеные слёзы, задавила обиду.

Дикий шип я или кто?!

Я гордо вскинула голову, сузила глаза, всматриваясь в соперника.

Стихийник наблюдал, как я барахтаюсь в его ловушке. Довольный собой, он приготовился вбить меня в землю по самую макушку.

Теперь по шею?

Только ничего не произошло. Вместо падения, случилось нечто непонятное: онемевшее тело задвигалось свободнее и чуть сдвинулось наверх. В смятении я прошлась взглядом по турнирному залу.

Сокурсники были заняты собственной судьбой, а те, кто сумел вырастить кристаллы, оставались безучастны ко всему. Они уже побывали внизу, как говорила Зоуи, и изменились.

Лиль отбился от огненного змея, закрывшись щитом в полный рост. Он сплёл нити хаоса с магией фейри, и пламя стихийника бесцельно кружило рядом. У ног моего приятеля поблёскивал крошечный росток.

Фейри выразительно посмотрел в мою сторону, показывая, чтобы я не привлекала внимания, а сам удерживал пальцами пучок нитей хаоса. Они тянулись ко мне, вплетаясь в сеть, невидимую для ректора и его адептов.

На сердце потеплело. Я привыкла полагаться лишь на себя и не ожидала такого подарка судьбы.

Лиль помогал сопротивляться магии стихийника. Мой прекрасный фейри!

И не только он…

Отвернувшись, я заметила взволнованное лицо доктора Михеля. Наставники стояли на возвышении рядом с ректором и следили за ходом испытания.

Плотное, узловатое переплетение нитей хаоса тянулось и от лекаря, поддерживая сеть, где я была точно в коконе. Наверное, так он вытаскивал ребёнка из деревенского колодца, после чего на Михеля написали донос.