Последний из медоваров

- А что? - выдернула она запястье, потирая его и кривясь. Кулак опустила.

Злости на нее не хватало.

- Снова бросаешься под нож?! - затряс я ее за плечи. - Платье... откуда?

- От миссис Одли, - фыркнула гусельница.

- Джон, это кража, и тебе все равно?

- Ничего не кража, - заговорила она торопливым шепотом, оглядываясь по сторонам, - миссис его собиралась в топку бросить, а Бетти спасла, заштопала, отстирала. И отложила, вдруг миссис понадобится. Так что, если я не испорчу его за сегодня... То оно на дно сундука и вернется.

А если испорчу... то представим, что оно сгорело два года назад. Ни под какой нож я не бросаюсь, - добавила гусельница обиженно.

- Ты невыносима, - покачал я головой.

Она все равно сделает по-своему, я знаю... Но если что-то с ней случится... Сердце пропустило знакомо порхающий удар.

- Невыносима? - хмыкнул Джон, и вуаль на его лице всколыхнулась. - Если уж кто невыносим, так это ты! Не знала, что ты в свободные полночи разъезжаешь по перилам чужих парадных лестниц.

Мне показалось, я заливаюсь краской.

И если раньше хоть борода могла спасти, теперь надеяться на нее нечего.

- Чего покраснел, как рак? - злорадно заглянула мне в глаза "леди в трауре". Нисколько не вырываясь из рук.

- Думал, ты не помнишь, - съязвил я.

Джон надул губы под вуалью.

- Хорошо себя чувствуешь? - спросил я. Сомнительно после такой ночки с раннего утра рисковые дела проворачивать. Хотелось проверить ее лоб, но мешала вуаль.

- Достаточно, - отмахнулась гусельница, отступая на шаг. Я отпустил девушку, дивясь собственной вспышке гнева.

Небось, голова раскалывается, как орех. Сделалось ее жаль.

- Следовало посоветоваться, прежде, чем придумывать план, - наконец сказал я то, что следовало сказать сразу. - Ты не одна путешествуешь.

Джон поджал губы.

- А ты... а ты бороду сбрил тоже без посоветования, - возразила она тихо, отворачиваясь.

Я бороду сбрил. Ха. Внутри меня щекотно завозились искорки смеха.

- Ну, знаешь, это моя борода. Что хочу, то с ней и делаю.

- То есть, - оживилась пигалица, - ты сбрил бороду не во имя конспирации, а по личным мотивам?

И глазами хлоп-хлоп.

Смешная. Милая.

- Джен, я го... - раздались шаги Бетти, и она замерла на полуслове, увидев меня.

Джон устало махнул рукой.

- Он знает... Идем, Бетти...

Обернулась на меня, словно прося прощения. Или еще чего, не знаю. С какой-то тоской, что ли.

Пока я пытался определить, как это ее лицо расшифровывается, мимо прошелестела Бетти, обдав меня ароматом пряностей.