Многоликий Янус

Моё легкомысленное настроение мигом сменилось страхом, словно кто-то резко переключил его рубильник. Я растерялась. Но, к счастью, из дверей кухни выглянуло розовощекое лицо Милы. Увидев толкущегося посреди коридора лакея, её брови грозно нахмурились, и она отчитала беднягу, веля быстрее нести графу уже остывшую птицу. Того словно сдуло в сторону гостиной. Повернувшись ко мне, повариха радостно всплеснула руками.

— Ядвигочка! Какой же ты красавицей стала! Давай, заходи! Накормлю тебя! С этими словами Мила вплыла в своё царство кастрюль и сковородок, грозно прикрикнув на поварят, и принялась за что-то их отчитывать.

Я зашла за ней следом, с жадностью осматривая знакомое помещение. Не могу сказать, что очень соскучилась по ножу и поварешке, но именно здесь я ощущала тот особый уют, который придаёт кухня каждому жилищу. Присев на колченогий табурет, ставший моим надежным якорем в первый день пребывания в новом мире и теле, я провела рукой по его гладкому деревянному сидению, отполированному сотнями... Ну, пожалуй, не будем уточнять, чем именно.

Мила вернулась ко мне и тут же забросала вопросами относительно моего нынешнего статуса в замке. Я растерялась от такого натиска и, вспомнив, куда я, собственно, изначально направлялась, намекнула поварихе, что мне нужно отойти, носик попудрить.

— Что сделать? — спросила Мила, и ее круглое лицо удивленно вытянулось.

— Ой! Ну, то есть во двор мне надо! — подхватилась я и быстро выскользнула из кухни.

Во дворе, к счастью, никто не мельтешил, да и Вильяма было не видать.

Ну такая вот я деликатная, что стесняюсь заходить в кабинку туалета у всех на виду! Быстренько сделав свои дела, пошлёпала назад на кухню. Я, конечно, старалась идти изящно, от бедра, но, видимо, что-то прилипло к подошве одной туфельки, и я совсем не изящно захромала.

Запрыгав на одной ноге, собралась уж снять с другой туфельку и осмотреть на предмет поломки, но не удержалась и обязательно бы совсем не элегантно растянулась во весь рост, если бы меня не подхватили сильные мужские руки.

Охнув, я рефлекторно схватилась за них, ощутив под своими пальцами, литые бицепсы. Следующим моим ощущением, было горячее давление больших ладоней, охвативших мою талию. По коже пробежал табун мурашек, а может и все три. Я почувствовала себя в этих объятиях, как в стальном капкане, из которого вовсе не хотелось вырываться.

Медленно проведя пальцами вверх, и остановившись на широких плечах своего спасителя, так же медленно подняла глаза.