Лунный кот

А стремительный речной поток помчался дальше, чтобы с шумом обрушиться в круглое озеро. 

- Прекрасная дева попала в затруднительную ситуацию?

Эриана вздрогнула и обернулась. Она знала этого человека. Он встречался ей и в длинных галереях княжеского дворца, и в тиши библиотечных залов, и в тенистом парке, где она любила прогуливаться. Высокий, широкоплечий и черноволосый боевой маг из Королевства Дьюингов нарушал все каноны эльфийской красоты и совершенно не знал этикета. Он пугал княжну своими откровенными взглядами.

 

Иппата Ронского с удовольствием выгнали бы из Эльфастана, но кто тогда будет усмирять великанов, разорявший горные поселения на окраинах страны? Эльфы слишком ценили свое бессмертие, а человеческий маг охотно пускался в карательные экспедиции за увесистые златоны и доступ к знаниям древних. 

- Не бойся. Я не причиню тебе зла, - голос человека звучал успокаивающе, а обычно резкие черты смягчила улыбка. – Я не обижаю прекрасных дев. И мне больно видеть черную тоску в этих чудных глазах.

 

Он зашел в стремительный поток и протянул руку эльфийке. Рывок, и она оказалась  прижатой к крепкому телу. Его глаза оказались неожиданно близко. Из них лилась нежность и такое участие, что у Эрианы защипало в носу.

- Поплачь, - предложил Иппат, когда они спустились на берег озера. – Говорят, слезы очищают душу.

- Эльфийские девы не плачут, - покачала головой девушка. 

- Даже когда сердце обливается кровью?

- Даже тогда. 

Он опустил эльфийку на землю, укутал в свой плащ и ненадолго скрылся в чаще деревьев, чтобы вернуться с охапкой сухого валежника.

Ночь все никак не кончалась. Над головой сверкающим бисером рассыпались яркие звезды, а ледяные струи водопада от света луны казались расплавленным серебром. Ночь была прохладной, а шум водопада громкий. Поэтому, когда человек пересел ближе, девушка не возражала. Он неторопливо поворошил костер, пуская в небеса веселые стайки искр.

- Когда я впервые увидел тебя, то понял, что никогда не встречал никого прекрасней.

Сияние твоих глаз и серебристый смех преследовали меня даже во сне, - признался он.

- Смех - это признак несдержанности. 

- В моем сне ты смеялась, а мы танцевали на залитом луной берегу прекрасного озера.  

- Как это, танцевали? 

- Я покажу…

Он помог эльфийке подняться, одной рукой  обвил талию, а другой осторожно сжал узкую ладонь. 

- У нас так не принято, - попыталась отстраниться эльфийка. – Это неприлично.