Пансионат "Уютный дом". Побег.

Теперь как никогда она понимала его фразу про то, что иногда смерть — это благо. Наверно, он много раз хотел умереть. И даже мог это сделать, стоял в начале Темной дороги. Но ему не давали. Что там говорила та стерва про влитые в него ведьминские жизни? Раз за разом, его возвращали к жизни и продолжали опыты. Тут любой с ума сойдет не то что озлобиться. А Чер просто закаменел. Отстранился. Не пытался никому ничего доказать, никого не обижал, никому не мстил за свою боль. Значит, он хороший. Значит, ему можно доверять.

Анна однозначно решила поделиться с другом своим самым страшным секретом.

К ее плану метаморф отнесся скептически. Но высмеивать его не стал. Сказал, что бочку докатит сам, одобрил собирание еды. Попросил кроме съестного и ножа ничего с собой не брать. Разве что нитки с иголкой на всякий случай.

- На какой случай? - спросила наивно Анна. Посмотрела на лицо юноши и замолчала.

- Вино я сам достану, - сообщил парень. Аня не стала интересоваться, зачем им вино. Явно не для распития.

То, что они собираются не на прогулку, она и сама понимала. И все же одно дело строить далеко идущие планы и совсем другое осознать, что они вот-вот воплотятся в жизнь. И воплощение это может сулить много проблем и опасностей. Ведь даже если они перелезут через стену - что дальше? Их ждут Дикие звери, разбойники, холод и голод, нечисть, до сих пор иногда встречающаяся в лесах. А им идти и идти до отцова поместья. Пешком. Одним. Представляя их путь, Аня начинала боятся грядущих опасностей.

Но понимала она и то, что оставаться в подобном месте - значит ставить жизнь на кон. Потому что в пансионате "Уютный дом" мало кто задерживался надолго наподобие Чера или Матвея.

О пансионатских Чер говорить не любил. Про наставников ничего не рассказывал, только на вопрос, может ли Олег Бран как-то повлиять на него на расстоянии, зло искривил губы и сказал:

- Бран ничего не может. Пустое место. Она всегда занималась мной сама. Но у нее нет власти над разумом. Она разрабатывает модификации тел, сшивает ауры или их части, пришивает нам клыки, крылья, шкуры, но она не может заставить нас думать то, что ей нужно и желать того, что ей выгодно.

 

И он с весьма упрямым выражением лица толкнул бочку вперед. Аня, шедшая рядом, всполошилась.

- Но если есть другие, кого мучают, может...

Чер резко остановился.

- Я не очень хороший человек, - сказал он, глядя ей в глаза, - этим людям нет дела до меня, и мне нет дела до них.