Ведьма в бегах

— Ты сбежала из столицы, чтобы тебя не посадили в тюрьму за успешное покушение на собственного мужа?

— Да! У меня не было другого выхода! Он почти прямо озвучил свои беспочвенные обвинения! Ты бы слышал, как он разговаривал со мной! Будто я не герцогиня, а простая горожанка! — сейчас я была как никогда искренна, все так и было на самом деле. — Он посмел спрашивать меня про других мужчин!

— О твоих любовных приключениях судачит вся столица, Гликерия.

— О моих связях в высших кругах? — сделала ударение на слове «высших», Миралд нахмурился, он явно понял, на что я намекаю, но меня было не остановить.

— В отличие от тебя, дорогой, правда? Некоторое время даже ходил слух, что ты не интересуешься женщинами, — сделала небольшую паузу, — но потом произошел скандал с той дамой... напомни, как ее звали?

Миралд не выдержал, вскочил, в мгновение ока обошел стол, навис надо мной. Я вжалась в стул. Поняла, что наговорила лишнего, цвет глаз мужчины, напоминающий сейчас грозовые тучи, говорил о том, что он в неописуемой ярости.

— Благодаря тебе, Гликерия, — прошептал он, наклоняясь еще ближе ко мне.

— Ты заслужил, — смело посмотрела ему в глаза, удовлетворение от прекрасно себя проявившего проклятья подавило страх.

— Разве ты была несчастна в браке, Лика? — он выпрямился и начал спешно раздеваться.

— Что ты делаешь?

Но мужчина не обратил никакого внимания на мой вскрик. Сначала на пол полетел плащ, затем рубашка, он принялся расстегивать пряжку на штанах.

— Прекрати немедленно!

Миралд насмешливо посмотрел на меня, затем повернулся на одном месте, демонстрируя великолепное тело.

Мой взгляд задержался на рельефных мышцах живота. Он сделал шаг ко мне, я вскочила со стула, выставила перед собой ладонь.

— Посмотри внимательно, Лика. Ты видишь на моем теле хоть один шрам?

Теперь поняла смысл его действий. Вздохнула. Он прав. В браке с Говардом я не проронила ни одной слезинки. Муж был добр ко мне.

— Ты была счастлива с ним? — он подошел ближе, не обращая внимания на мою ладонь, которая почти коснулась его тела.

— Нет, — спрятала руки за спину, чтобы не было соблазна дотронуться до него. — Нет, Миралд, я не была счастлива.

— Поэтому ты отравила его?

— Нет! — отмахнулась от его слов. — Подумай сам, зачем мне травить мужа? Я не была с ним счастлива, но и несчастна не была! Ты же знаешь, — указала рукой на его тело, — я не проронила ни одной слезы. У меня есть год, а потом я вынуждена буду снова выйти замуж или... — отвернулась, чтобы скрыть непрошенные слезы.