Лавка желаний для попаданки

Прослеживаю взгляд, и там, где-то в клубах тумана проскальзывает красное пятно, похожее на рыбий плавник.

Зверь меняет тональность рыка. Теперь от этого звука не просто бегут пугливые мурашки, а кровь застывает в жилах.

— Выбор, — раздается чей-то хриплый голос в ушах. — Сделай выбор.

Медведь разворачивается и направляется в дальнюю часть тумана.

— Стой! — почему-то вместо крика получается еле слышный шёпот, как в дурном сне.

— Выбор! — чуть более высокий голос.

Из «белого молока» выплывает огромный зверь.

Что-то среднее между змеей и драконом. Длинное, гибкое тело, словно сошедшее с китайской гравюры. Лапы и хвост венчают плавники, по бокам широкой морды развеваются длинные усы, а на спине ярко-алые хвостовые гребни. Животное будто плывёт по воздуху, как по воде, изгибая тело.

Совсем рядом змей замирает, позволяя рассмотреть мельчайшие детали, определённо, довольный таким вниманием к своей персоне. Каждая чешуйка переливается, а гребни как будто светятся изнутри неоном.

Провожу ладонью по чешуйчатой щеке.

Зверь довольно щурит золотые глаза, напоминая толстого кота, развалившегося у батареи. Он оттопыривает плавник, а в голове раздаются слова уже знакомым голосом:

— Давай! Решайся! Жизнь там или смерть здесь.

— Что? — непонимающе смотрю на змея.

— Решайся! Там новая жизнь, здесь… сама знаешь.

— Какая цена за столь щедрый подарок? — спрашиваю, прокручивая в голове снова и снова происходящее.

Обещанные галлюцинации? Просто резкое помутнение рассудка? Сглатываю застрявший в горле ком.

Если ничего нельзя изменить, то, может, стоит просто плыть по течению?

— Твоя душа должна отработать свое, прежде чем уйти в вечность, — философски заключает змей. — Есть место, время, тело. Все совпадает. Есть шанс, которым тебе нужно воспользоваться.

— А что стало с предыдущей хозяйкой тела? Оно же не просто так откуда-то взялось?

Один плюс один не складывается, потому что разум отказывается признать происходящее реальностью, даже очень альтернативной.

— Её душа исчерпала ресурс.

Время! — он нетерпеливо дергает плавником.

С полным отсутствием понимания происходящего, я забираюсь на спину змею, располагаясь между мерцающих гребней.

— А как отработать-то? — повторяю вопрос.

Но вместо ответа мы срываемся с места, разрезая «белое молоко».

Мы несемся среди то ли тумана, то ли мерцающих облаков. Всё вокруг сверкает и переливается, словно в индийском фильме. Для полного сходства не хватает только пения и танцующих слонов.