ВАМП. Практикум по целительству

Бросая на меня строгие взгляды, она, тем не менее, не требует сидеть спокойно. И я мысленно посылаю ей слова благодарности.

Как вскоре выясняется, зря.

— Адепты! Позвольте мне поздравить вашу группу с первым серьезным профессиональным успехом, — неожиданно говорит она за несколько минут до перемены.

Я разделяю недоумение сокурсников. Когда это мы успели отличиться? Или, наоборот, провиниться, и нас сейчас изощренно оскорбляют?

Озираюсь, ища подсказки. Наверное, у меня на лице такое же непонимание, как и у всех.

Только выражение растерянности и любопытства пропадает с него быстрее, чем у остальных, когда подчеркнуто восторженная искусница Юдиль открывает рот:

— Это беспрецедентный случай! Первокурсница принята в команду по стрипу «Аквилон»!

Поднявшийся шум заглушает стучащая в ушах кровь. Я словно не здесь, в другом месте, где спокойно и хорошо, где нет раздражающих факторов в виде одногруппников и преподавательницы, которая, как я теперь понимаю, на самом деле возмущена моим успехом.

— Хорошенько поздравьте Близард, она заслужила!

Вслед за колкой фразой звучит медный рог, сообщая о начале перемены, и Юдиль нас оставляет.

Напряжение, испытанное во время экзамена, возвращается накрывающим сознание валом.

— Эй, Соннэя! Ты в обморок решила грохнуться от счастья?

Следующее, что осознаю, — руки Диволики, пихающие в лицо флягу с каким-то резко пахнущим настоем.

— Пей! — требует она.

Я подчиняюсь. И рот, а затем и пищевод обжигает лава. Дыхание перехватывает.

Не настой, настойка! Притом на ядреном самогоне, не на спирту!

— Что это?! — ужасаюсь, вытирая слезы.

— Успокоительное по рецепту моего деда, — хитро улыбается соседка по парте. — Вмиг приводит в чувство нежных барышень.

— Ненавидит нежных барышень твой дед…

— Близард, ожила? — влезает в наш диалог нетерпеливая Элизара. — Может, тогда расскажешь, как получилось, что ты вошла в состав стрип-команды? Притом команды герцогского внука!

Мне хочется зажмуриться и отрицательно покачать головой.

То, что произошло утром, так называемый экзамен, а на самом деле пытки, испытание на прочность рассудка и магического резерва, вспоминать не хочется.

А придется. Группа — вся, совершенно вся, никто не выходит из аудитории на перемену! — рассаживается вокруг и теперь буравит меня нетерпеливыми взглядами.

— Вогар условился с ректором, что если я смогу стать целителем стрип-команды, то получу комнату в общежитии. Утром, перед занятиями, я сдала этот экзамен.