Кицунэ солнечного ветра. Лисьими тропами

Порция была приличной, посему ему ее есть и есть. Как же хотелось свой рамен… но нельзя. Терпи.

- Кто ты такая? – Спросил снова он.

- Нет уж, дудки! – Возмутилась я. – Хочешь, не хочешь, но ты меня позвал, а я пришла. Скажи «спасибо», что вообще пришла!

- Это было в твоих интересах.

- Что это еще должно означать?! – Возмущение меня все еще не отпускало.

- Ты многое поймешь, когда ответишь на мои вопросы, - заявил он.

- А ты ничего не поймешь, если я не отвечу ни на один из них. Так что решай сам: либо ты отвечаешь на мои вопросы, либо я ухожу, и ты остаешься один на один с раменом.

- Ты не можешь ставить мне условия, - все еще не собирался сдаваться парень.

- Что же, - я улыбнулась как можно более вежливо, - приятного аппетита.

А затем встала и отправилась на выход. Ошибкой было приходить вообще… Надо будет заглянуть как-нибудь потом, уверена, что рамен здесь отменный.

- Что ты хочешь знать? – Прилетело мне тихо в спину.

Я замерла, будто он метнул в меня ножом (странная ассоциация, но как есть).

Обернулась. Он все еще сидел за нашим столиком (с каких пор он стал «нашим»?), и пристально смотрел на меня. Что это за ураган необъяснимой привязанности? Чувство, будто его внимание не просто интерес, это заслуга. Но почему? Что в нем такого особенного? Кроме того, что он само совершенство? Мрачное, темное совершенство.

- Мне перестает быть интересно, - замечаю я, не знаю даже зачем, ведь хочу вернуться до ужаса.

Меня к нему буквально тянет.

Надо перестать, а то он… он ведь помнит мой взгляд.

Он действительно был частью моего сна, когда я пыталась его раздеть. Стыд-то какой.

- Тогда вернись, и я заинтересую тебя так, что ты никогда не уйдешь, - заявил парень.

И будь это кто угодно, хоть мистер вселенная, это прозвучало бы глупо и наиграно.

Но этот парень не был мистером вселенной.

Лучше.

Я все же вернулась за столик, уселась обратно на свое место, сделала глубокий вздох. Мимо прошли посетители, покидавшие ресторанчик.

Закусочную? Чем была эта Банкара? Здесь было уютно и тепло. На улице вечерело, в окно заглядывали сумерки, когда я бегло обернулась, будто желая убедиться в том, что знаю, кто нас окружает.

Снова посмотрела на парня.

- Что же, - стараясь держаться и не дрожать, а также не дергаться и не выглядеть так, будто готова упасть лицом в рамен и бегать, как угорелая одновременно, заговорила я. Колотило меня от этого парня, не то слово.