Мотылек и Ветер

Я вот на тебя облизнулась когда-то, а счастья не попытала. Зря выходит? Или Конфетка привирает для зависти, м?

Поймав молчание в ответ, Катарина поправилась:

— Она не такие слова использовала. Я суть передаю. Между нами, девочками, не зазорно было поделиться. Покоя не стало – правда или нет?

— Хм… Давай так, Ирис врать не станет. Значит, если ты действительно от нее это слышала, то правда. Логично?

— А чего, раз такой корешок ядреный, ко мне ни разу шары не подкатывал. Не сходится.

— Катарина, — у Юрегна сменился тон на более сухой и нетерпеливый, — провокаторша, колись, что тебе на самом деле от меня надо? О чем разговор?

— Ладно-ладно.

Я тут через приятеля, и еще через одни уши, узнала, что ты человека избил. Не в драке, без ответочки, а напал и избил. Роберт наш, свет-солнышко и спаситель, тебя из говна вытащил и от ответственности отмазал. Штраф, тем и отделался. Правда?

— Правда.

— За что? Или так, с дурной головой и по пьяни?

— Не твое дело… но я тебе отвечу, потому что ты не из простого любопытства спрашиваешь? Боишься, что псих, на Ирис подниму руку, если не так вдруг посмотрит? По личному делу избил, на трезвую голову.

— Мля, ты маньяк… — Катарина продолжила еще четырьмя словами, от всей души обозвав Юргена. — Я до всех твоих тайн докопаюсь, найду как, и Ирис все выложу. Тебе веры нет, урод, где раз по личному делу, так и два по личному будет. Ты хоть и костлявый, а ей и одного удара хватит, поломаешь. Свали по-хорошему. Я все равно донесу, а надо, и приукрашу. Я все сделаю, чтобы Конфетка от тебя подальше держалась.

Плевать станет в твою сторону… И не думай, что не выйдет! Ты плохо знаешь женщин!

— Катарина… хватит.

Она замолчала. Я догадывалась, что та ждала угроз, вспышки раздражения, чего угодно – только не такого спокойного и понимающего «хватит». Даже мне стало зябко, - Юрген так это сказал, будто раскусил спектакль и знал, что я в пяти шагах за плотным кустарником. Провокация провалена, и он устал подыгрывать.

— Видно же, что врешь, не старайся. Я люблю Ирис и не обижу ее.

И тебе она дорога, раз из кожи вон лезешь, чтобы меня проверить. Угадал? Если по честному в подружки к ней набиваешься, я тебе тоже друг.

— Ты дебил? Я что, поверить должна?

— За «помойку» извини, обещаю не грубить, если не станешь зарываться. И тайны твоей не сдам, хоть и грозился.

— Мля… мля… — Катарина так это произнесла, будто пританцовывала от нервов в этот момент. — Заткнись… не, говори – от кого узнал?

— Герман же в Яблоневом живет.