Мотылек и Ветер

— Так что теперь с Арианом? — Подал голос наш староста.

Чтобы не ошибиться, достала распечатку Роберта и нашла всех четверых пограничников. Зачитала данные вслух.

— Уверена, все их вызовы выпадали другим, ничего не нарушилось. Все, что случилось, начиная с первого сбоя, это хорошие события. Не катастрофа, а, наоборот, - удача. Не знаю механизма, но судьба или законы грани, или тот самый незнакомец, о котором я рассказывала в прошлый раз, выбрали самых одиноких и несчастливых, вернув им полную жизнь, другую.

— А если я тоже хочу?

Кто спросил, не успела увидеть. Мужской голос, немолодой. Я спрятала взгляд в листах ненадолго, чтобы отдохнуть от множества лиц вокруг, а тут вскинула голову. Вопрос откликнулся во мне тем же – «а если…».

Если возможно вмешаться в прошлое, чтобы поправить его, значит ли, что я смогу попросить – Юля Вереска, Бога Границ, Великую Силу, кто или что бы это свершал, - исправить мою трагедию? Мне не нужна вся жизнь. Мне бы только один день пережить по иному.

И мой сын…

— Я не знаю закона. Не знаю механизма… Пожалуйста, донесите до всех, что больше не нужно быть такими бдительными, паниковать или беспокоиться по всему, что случилось или еще случится. Единственное, о чем прошу – при новом сбое дайте мне знать. Я должна посетить квартиру-пустышку и осмотреть ее. Собрать данные, проследить скорость стирания человека и прочее. Возвращаемся к обычному распорядку. Еще будут рабочие темы для обсуждения?

Вопрос всем четверым старостам, и никто не ответил.

Только северный покачал головой, один за всех.

— Тогда расходимся. Попрошу задержаться старост, и тех пограничников, кто попал на сбои. Нужно детально обсудить пару моментов.

Не стала называть Юргена и Катарину по именам, боясь обидеть тех, чьи имена не потрудилась запомнить раньше. Пусть народ разойдется.

Хозяин дома проветрил залу, поставил чай, придвинул стол ближе к дивану, сделав обстановку комнаты более домашней и выключил лишний свет.

Жены, судя по всему, дома не было, гостеприимством занимался лишь староста. В итоге плюс шесть человек, оставшиеся после собрания, больше походили на семейную компанию. Торшер, чашки, немногословность, - особенно контрастными показались после шумного многолюдья. Старосты другого района – мало знакомые мне, да и по рангу раньше иначе общались, - не помешали тому, что я свободно и детально рассказала о том, как вышла на эту теорию.