Мотылек и Ветер

Катарина стала переминаться с ноги на ногу, крутить головой, а потом сказала:

— И предохраняться не надо, кувыркайся без страха залета… мля… что я несу?

Она отошла и натурально ткнулась лбом в шершавую голубую стену. Проскулила:

— Прости. Я не знаю, что нужно сказать, что говорят в таких случаях… Жалко тебя. Жалко до боли. Не перевариваю я эти «сочувствую» и другую фигню… я даже представить не могу, какой это ужас для тебя, и для него. Прости за пошлятину, я не буду больше издеваться над тобой с Юргеном.

Внутри меня трепыхнулось. Отдалось мурашками в руки и спину, защекотало затылок. Катарина логично решила, что ребенок – наш, мой и Юрки. Губы ссохлись и слиплись от волнения так быстро, что я не нашла силы разомкнуть их и уточнить, что он не отец. Не стала. Так сильно захотелось, чтобы это было правдой. Нет, я не желала Юрке страданий осиротевшего родителя, я желала себе чувства, которого не испытала тогда, давно – участия. Участия моего мужа и отца ребенка в том, что стряслась беда. От Петера ни тени сопереживания, а Юрка совсем недавно дал понять, что разделяет утрату.

— Катарина, не страшно. Я понимаю, почему ты так ляпнула.

— Я идиотка.

— Это правда. — Я вернула девушке ее же реплику. Без зла, а с улыбкой. Я хотела дать понять Катарине, что принимаю такие ее соболезнования, и пусть уже отойдет от стены. — Давай еще пять минут постоим тут и пойдем дальше? Меня от всех откровенностей аж потряхивает.

— Меня тоже.

Глава 47 Цена

Вызов поймал меня в тот момент, когда я уже ждала Юргена. Импульс отразился в солнечном сплетении, я набегу набрала номер:

— Юрка, у меня вызов! — Неловко достала блокнот и кое-как откинула обложку. — На Дворцовой.

— Удачи. Еду, там найдемся.

Минут пять, и я добралась до нужных ступенек заброшенного места, распахнула дверь и быстро вошла в большую залу дорогого ресторана. Дворцовая – это короткая улица в самом центре Сольцбурга, где не было жилых зданий, а сплошь коммерческие и административные.

Вечер понедельника – за столиками больше людей делового общения, переговоров, чем отдыхающих и празднующих что-то. Блеска мало, живая музыка не мешает разговорам. Я окунулась сразу в приятный мягкий свет, пространство, эстетику и лоск дорогого интерьера и почувствовала человека на грани.