Мотылек и Ветер

А потом встала и поплелась к Юргену вместе с одеялом, он только успел разуться и скинуть рюкзак.

— Да куда ты, спи…

— Хотела поставить будильник и забыла. Ты чего такой холодный, замерз?

— Да, под утро температура совсем упала, сегодня же достану все зимнее. Пора менять экипировку.

Я его обняла, развернув одеяло поперек, и укутав нас обоих. Юрген неловко затоптался на месте, оставил руки по швам:

— Дай хоть переоденусь, Ирис.

— В кои-то веки я могу тебя погреть, а не наоборот. Где там твои ледышки, немедленно обнимай.

— Жалко же, сонная…

Да, ладони холодные, нос и щеки обветрились. За пару минут не отогрела, но все же выпустила из плена. Он скинул куртку и свитер, забрал домашнюю одежду и чистое полотенце.

— Ванну наберешь?

— Долго и лень.

— Сделать что-нибудь? Чай, кофе, позавтракать?

— Ты что, спать не хочешь уже, лохматая? Над тобой ночью подушки издевались что ли?

— Нет, это я над ними. А спать – хочу.

— Тогда давай все потом? Давай отоспимся, и все потом?

— Давай.

Одеялами накрылись двумя – и тонким, под которым Юрген спал отдельно, и толстым – под которым спала я. Под горячим душем он согрелся, но все равно прижался поплотнее, обнял одной рукой и выдохнул:

— Вот теперь тепло.

А когда-то я вставала в шесть и убегала на улицы. Когда-то в это время я уже тряслась в пустых вагонах монорельса. А теперь закрыла глаза и позволила сознанию легко провалиться в сон. И в нем я стояла и смотрела, как крутится маленький вихорек ветра – по дороге и по листве.

Глава 60 Семья

Юрген убежал на вызов прямо на подходе к дому родителей.

В этот раз я решилась пойти с ним и, наконец-то, посидеть за семейным столом, познакомиться с отцом и провести несколько часов воскресенья с его родными. «Встречу» с сокурсниками по сети Юрген для себя отменил – отписался занятостью, обещался не пропустить следующее, а мне объяснил, что все равно вся голова не здесь и сосредоточиться на разговоре не сможет.

Полдня мы с Юргеном почти не выползали из постели. И спали, и так валялись, и ели, разложив тарелки и чашки на полу, а сами развалившись среди подушек и одеял. И занимались любовью.

Из-за этого даже ко времени ужина я не успела развеять немного хмельное и разнеженное состояние. Не пила ни грамма.