Мотылек и Ветер

Пусть он и говорил, что я могу приехать, когда захочу, а все равно чувствовала себя непрошенной гостьей. С чего вдруг? Наоборот, не хотела. Сталкиваться, видеть его, вспоминать. Зачем я приехала?

Лифт нес меня на этаж, а ноги по коридору к двери. Разблокировала замок ключом и, зажмурившись, шагнула внутрь. Пусто. И тут же трусливая радость толкнула назад – не поздно передумать, уехать к себе в общагу, и захлопнуть дверь, оставив ключ хозяину!

Подсветка прихожей включилась автоматически. Я скользнула взглядом по обстановке и задержала внимание на постели на полу.

Подушки две. Была одна, а теперь лежала пара. Я разулась, скинула пальто и сумку, подошла к постели ближе, заметив еще темно-синее домашнее платье, - поверх покрывала, сложенное в трое и с маленькой наклейкой магазина. Новое. Открыв деверь в ванну, увидела то, что практически ожидала увидеть – зубная щетка в стаканчике, белоснежная, невскрытая. Как конфетка в прозрачном целлофане. Юрген меня ждал. И позаботился, - во что могла переодеться, на чем спать и как утром почистить зубы.

До часу ночи я просидела на пороге ванной комнаты и большого пространства, не переодеваясь, только умывшись и сполоснув руки. Странная картина со стороны, но он не вернулся домой за это время, и не увидел, как я привыкаю и смиряюсь с собственным поступком. Я размышляла над прошедшим днем. Над просьбой Августа – быть рядом с близкими. А их у меня нет. И Юрген – не близкий, а так, - тень, шагнувшая в личное пространство.

Тогда почему я вернулась, если только тень?

Собравшись духом, поняв, что уже голова падает от переутомления и мозг отключается, решилась на то, чтобы лечь. Вышла в комнату, разделась, сложив вещи на кресло и забралась под одеяло…

Проснулась от того, что Юрген прижался со спины и обхватил рукой поперек живота. Я вздрогнула нервно, коротко, как птица в силке, и замерла, будто бы не проснулась… только бы он не стал меня гладить или целовать.

Не хочу. Не сейчас. Не время. Противная, хоть и легкая тряска не дала с собой справиться. Даже вдохнула поглубже, а раз и два по телу прошел тремор.

Юрген меня отпустил, поднялся, - я услышала звуки его босых шагов, выдвижного ящика и шорох. Поверх легкого одеяла легло плотное и тяжелое. Снова лег, снова прижал к себе. Он и не собирался ко мне приставать, просто обнял, - решил, что замерзла и достал зимнее одеяло. Нервы сразу отпустило.