Хозяйка вредной горы

Решила, что ничего интересного вдали от хозяйки вредной горы случиться не может. Камушки собирались под ногами так, что я легко видела происходящее, поднимаясь над головами амбалов Эльриха.

Опять же, если два ульрия вздумали подраться за самку, эту красоту лучше всего наблюдать с безопасного расстояния. В том числе, и самке. Даже не знаю, откуда взялась в голове данная аналогия. Грет никогда не проявлял ко мне мужского интереса. Или мне так только казалось? Нет, мы общались порой даже слишком панибратски.

Особенно после работы, на междусобойчиках сотрудников Кары. Грет и приобнимал порой, и по плечу гладил, и даже танцевал со мной не один раз. Ну, как танцевал? Хватал за талию и кружил над полом. Но все это казалось мне проявлениями эдакой своеобразной дружбы. Очень своеобразной и крайне эдакой.

Тем временем, диалог айна и терла перешел со средне-гопнического диалекта на неандертальский и грозил скатиться к наречью гамадрилов в период гона.

– Так че надо?

– А ты чего вылупился?

– Тебе объяснить?

– Давай!

– Такой смелый?

– Такой глупый?

– Не глупее тебя!

– Оно и видно!

– Я тебе счас помогу увидеть!

– Ну давай! Рискни здоровьем!

Интеллектуальность реплик колебалась где-то между криками павлинов во время брачного периода и рычанием медведей, разбуженных во время спячки. В общем, ничего интересного. Поэтому я решила прервать столь виртуозный диспут, стилизованный под дискуссию боксеров после множества нокаутов.

Айн и терл все больше выпячивали грудь и рычали, что не предвещало ничего, кроме глобального махача.

– Так! Я потрясена, как вашим словарным запасом, так и экспрессией спора! Про мощь аргументации уже не говорю. Тут вы сделали, пожалуй, даже нашу аномалию… Но хочу напомнить тебе, Грет, что мы приехали сюда работать. И вам, Эльрих, что вы приехали сюда работать! Кстати! Вот вы и познакомились! Рискну заметить, что подобные знакомства полезны не только перспективой спарринга.

У наших ведомств много соприкосновений во время работы.

– Мы заочно знакомы, – перешел с раннего неандертальского на ранний цивилизованный язык Грет.

– Я тоже изучал его досье, когда устраивался на должность, – наконец-то снизошел до реплик длиной больше трех слов и Эльрих.

– Алилуйя! – воскликнула я, картинно воздев руки к небу.