Нефилим. Том 1. Начало

Желающая захватить, поработить, подчинить, растоптать. И у того, кто окажется на пути урагана ненависти, особенно, ненависти нефилима, есть только два пути – сдаться или погибнуть в борьбе.

– Етиииижи пассатижи, – простонала я, едва только ко мне вернулось сознание.

Но лучше бы не возвращалось, потому что вместе с ним заявилась в гости и боль. Болело всё – от низа живота до шеи, словно в меня воткнули раскаленное копье и провернули, наматывая внутренности на древко.

С третьей попытки удалось распахнуть глаза. Веки были тяжелыми, как будто каменными, лицо ощущалось опухшим, в горле першило, а в голове – звенело.

Первое, что я увидела мутным взглядом, был черный потолок. И сразу накатила понимание, что я нахожусь в своей комнате в общежитии нефилимов.

Схватившись за живот, попыталась повернуться на бок, потому что лежать на спине уже больше не было сил, но тут же застонала с новой силой. Так паршиво мне давно не было.

– Какая же… хтонь! – выругалась я в пустоту, шипя сквозь зубы.

Кое-как, подобно пьяной панде, скатилась с кровати и выпрямилась, продолжая плеваться и материться.

Еще хотелось поорать, причем орать долго и на пределе возможности легких, но я сдерживалась из последних сил. Знала, что на мой ор сбегутся все обитатели общаги, а я пока была не готова устраивать светский прием давним знакомым. Поэтому пришлось ограничиться лишь оскорблениями в адрес Блейка.

– Что б тебя гиены загрызли! – брызгала я ядом в сторону собственных коленей, пока пыталась распрямиться, борясь с дикой ломотой.

Желудок свело судорогой, у печени, кажется, случился эпилептический припадок, поджелудочная отстегнулась и пошла гулять по своим делами, а почки просто отказали. – Вот же ж олень сохатый!

Но процесс придумывая обидных прозвищ новому руководству, в который я погрузилась с головой, помог отвлечься и через несколько минут я ощутила, как боль начала отступать. Я по-прежнему ругалась, но уже не так изощренно, просто периодически поминая злым тихим словом папу и маму нашего нового директора, породивших на свет чудовище, которое не просто одним ударом отправило меня в затяжной нокаут, но и, судя по всему, от души попинало после отключки.

– И где таких маньяков рожают? – спросила я у тишины собственной комнаты. – Закрыть к чертям тот роддом!

Спустя минут двадцать мучений меня окончательно отпустило. О пережитом напоминала лишь пульсация под ребрами слева, но с этим можно было жить. И даже шевелиться, что я с удовольствием и сделала, отправившись в ванную.