Раз попаданец, два попаданец

Ну почему все это случилось именно со мной?

— Отведем ее в вашу комнату, — задумчиво предложил Рансу. — И там поговорим.

— А почему в нашу? — возмутился брюнет. А мне было уже все равно, куда они меня поведут, лишь бы сесть, а лучше лечь. Кажется, пока мы выясняли отношения, наступила глубокая ночь, мама, наверное, беспокоится…

— Потому что у нас там штаб, — отрезал Рансу и посмотрел на меня. — Веди себя тихо, хорошо?

— Я если закричу, то что? — скорее для порядка уточнила я, и мне ответил Кай.

— То тебя придется оглушить.

Запомни это и не издавай ни звука.

Я и не издавала, пока меня, как заключенную, вели по крытой галерее, залитой лунным светом, у меня даже не было настроения смотреть по сторонам, к тому же архитектор, возводивший эту мечту гигантомана, явно был сумасшедшим, а, может, просто пролил кофе на чертеж, вот и вышло у него то, что вышло. Короче, я запуталась и перестала следить за дорогой.

— Заводи ее, — услышала я и поняла, что мы уже пришли. Дверь передо мной любезно открыли, и я увидела, как ни странно, себя.

В начищенном до блеска зеркале моя унылая мордашка на фоне трех ослепительных красавцев смотрелась убого. Волосы в беспорядке, майка на животе задралась. Печальное зрелище.

Меня подтолкнули в спину, уверенно направляя влево, где за зеркальной преградой скрывалась вполне обычная жилая комната, правда чуточку более цивильная, чем обычно бывает в институтских общагах. В разных концах две одинаковых кровати, возле них тумбочки с выдвижными ящичками и круглыми стеклянными шарами-торшерами.

Ровно посередине стена разделялась широким арочным окном, забранным решеткой из тонких металлических прутьев. За стеклом — черное звездное небо, украшенное легкими перышками облаков. Мне стало окончательно не по себе.

— Ну я пошел? Вы тут пока познакомьтесь, а у меня там дела.

И рыжий попятился к выходу.

— Рансу, — остановил его Лоуренс, — ты не выйдешь отсюда, пока нормально, нормально, подчеркиваю, не объяснишь, что наворочал. И желательно до утра с этим уложиться.

Я поймала на себе потерянный взгляд очкарика и злорадно ухмыльнулась. А нечего сматываться после того, как дел натворил. У паренька вообще лицо было, как у моего школьного соседа по парте, когда тот учительнице кнопок на стул положит и думает, как слинять до начала разборок. Нет уж, пусть объясняется.

Я без разрешения села на ближайшую ко мне кровать и приготовилась слушать, однако глаза против воли начинали закрываться.