Раз попаданец, два попаданец

Я ухватилась за луку обеими руками и подтянулась, стала перекидывать ногу, но запуталась в юбке и повисла поперек кобылы. Мои манипуляции были встречены дружным хохотом. Краснея и злясь, я с помощью конюха спустилась на землю и тут же предприняла новую попытку. Потом еще одну, и еще одну, всякий раз упираясь в седло животом, пока не осознала всю полезность надетого на меня корсета, хотя и в нем мои бедные внутренности превратились в размазанную по тарелке кашу.

Не смеялась только Шарлотта. Преподавательница растерянно хлопала глазами, впервые в своей практике сталкиваясь с настолько неумелой студенткой, при том что в этом мире все аристократы как бы должны уметь ездить верхом.

А я на минуточку родственница ректора! Я его еще не знаю, но уже опозорила на весь университет.

— Возьмите себя в руки, — проблеяла преподавательница, делая знак конюху, который, тяжко вздохнув, крепче взял лошадь за поводья. Я едва сдерживала злые слезы. За что мне такое унижение! Не уйду отсюда, пока не справлюсь!

Я вцепилась в седло, подтянулась и — о чудо! — невероятным усилием смогла перекинуть свою тощую тушку через лошадку и приземлилась куда надо и чем надо.

Ха, получили?

Надеюсь, на этом мои мучения закончатся. Шутка ли, самой впервые в жизни залезть в седло? Я выжидательно посмотрела на преподавательницу, та смерила меня задумчивым взглядом. Ну же! Я никогда так не хотела, чтобы меня пожалели, но стоило мне представить, что придется остаться с этим милым животным наедине, не имея ни малейшего представления, как им управлять, меня охватила паника.

Кобыла, словно почувствовав мое напряжение, недовольно переступила с ноги на ногу. Я сильнее вцепилась в седло и зажмурилась.

— Расслабьтесь, Милана, — голос преподавательницы прозвучал совсем близко и стал казаться мне еще более мерзким. Я просто всеми внутренностями ощущала презрение, которое она ко мне испытывала, и не могла оставить эти чувства без взаимности.

Лошадка фыркнула, как мне показалось, довольно доброжелательно, и рука сама собой потянулась к жесткой, тщательно чесаной гриве.

Только сейчас я заметила, насколько ухоженной она была, как похожи на серый бархат лощеные бока, как перекатываются под ними литые мышцы.

— Неужели вы впервые в седле? — поинтересовалась женщина, разглядывая мое оцепеневшее от ужаса тело. Я судорожно кивнула и, видимо, заслужила милость. — Тогда пока попробуйте привыкнуть.

Она дала указания жокею и удалилась с остальными студентками, возможно, на другую площадку.