Вестница

Что война, суровая и безжалостная ко всем, причинила ему боль, оставила невидимые шрамы, и что может быть до сих пор существуют раны, которые кровоточат. Но ей надо об этом узнать, чтобы понимать, что делать. Если следы прошлого все еще остались на нем, то она примется его лечить. Ашара не имела понятия, как нужно лечить подобные раны, но решила, что ни за что не сдастся. Если сможет, заберет его боль, хорошо, если сможет забрать всю целиком, но если не получится, то хотя бы часть…

— Ашара? Ашара! — услышала она повышенный тон Ларса, он пытался ее дозваться, но вестница слишком глубоко ушла в собственные мысли.

Эти самые мысли и в особенности чувства из-за них возникшие, он очень хорошо уловил, хотя по-прежнему скользил лишь по самой поверхности, не ныряя в глубину. Вестница в своих измышлениях судя по всему нарисовала поистине ужасные картины и уже успела из-за них расстроиться чуть ли не до слез.

— Что ты себе там выдумала? — Ларс даже специально остановил ее, чтобы внимательно посмотреть в глаза.

— Ничего я не выдумала, — проговорила Ашара дрожащим голосом, — это ведь война, ты же там не просто время проводил. Тебе наверняка было очень тяжело, ты страдал, и я не знаю, мучают ли тебя воспоминания о прошлом.

Она легко коснулась ладошкой его груди, чтобы почувствовать биение сердца, чтобы убедиться, что в эту самую секунду с ним все в порядке.

— Остановись, пожалуйста, — голос мага отчего-то звучал излишне легкомысленно.

Руку Ашары он перехватил и поцеловал прохладные пальцы.

— Ты придумала какие-то ужасы.

Не могу сказать, что война — это обычное мероприятие, там были определенные трудности, но я это пережил. Многие тебе скажут, что очень даже легко. У меня… подходящее мышление. Многие приходят в ужас от одного вида поля битвы и мысли, что нужно убивать себе подобных, пускай и врагов. Я же не терзался никакими моралями. У меня был приказ, и я располагал силами, которые этот приказ позволяли выполнить. Я не страдал, Ашара, страдали мои враги. Я всех победил, ни разу не проиграл. Пара шрамов на теле осталась, но они не болят. Это мое прошлое, которое я давно оставил позади себя. Я о нем особо даже не вспоминаю.

Вестница смотрела все это время на него своим странным немигающим взглядом и, кажется, впитывала каждое слово. Ей было важно услышать его рассказ, чтобы понимать, к чему быть готовой.

— Кажется, ты отлично справляешься, что до меня, что вместе со мной, — получил Ларс совершенно неожиданный ответ, он был преисполнен обвинения.