Вестница

— Я смогу ему помочь, если ее подопечный согласится.

Ашаре опять показалось, что аристократ безошибочно определил то место, на котором находилась Эрнесса. Да и призрак почувствовал на себе пристальный взгляд глаз, из которых уже успела исчезнуть завораживающая синева.

— Она говорит, что попробует повлиять, если он откажется, — произнесла Ашара.

— Будет обидно. Никого более подходящего я не встречал, — в голосе Ларса звучала какофония чувств. А взгляд то и дело возвращался к несчастному, судьбу которого решали без него.

— Значит, вы действительно проведете… эксперимент? — осторожно спросила вестница.

— Да, на практике я еще не имел возможности подтвердить его.

Аристократ говорил, как говорят ученые, стоящие на пороге важного открытия. Бертен представлялся ему неким предметом, с помощью которого он воплотит свою идею в жизнь. Почему-то Эрнесса, явно питавшая теплые чувства к мальчику, никак этому не препятствовала и даже всеми силами поощряла.

Ашара поджала губы.

— Вы чем-то недовольны? — усмехнулся ее клиент.

— Такое ощущение, будто я должна обратиться к правоохранителям, причем по поводу вас обоих, — произнесла Ашара. Она инстинктивно их осуждала. Потому что не считала приемлемым так легко решать участь человека, который пока даже ничего не знал. И уж тем более ставить на нем «эксперименты». Это слово было слишком бессердечным.

Ларс ван дер Саарк пожал плечами, не поведшись ни на малозначимую угрозу, ни на эмоции вестницы, а Эрнесса и вовсе не помнила о том, что должна была смутиться в такой момент.

— Мне нужно время, чтобы все подготовить, — заявил аристократ решительно. Весь его энтузиазм не вмещался в маленькую комнату. Наверное, если бы мог, то провел бы этот свой непонятный эксперимент прямо сейчас — столько азарта пылало в глазах.

Ашара увидела, как лицо Эрнессы преобразилось, она с благодарностью смотрела на давнего знакомого. Все, что могла вестница, — это доверять призраку. Вряд ли душа позволит случиться плохому.

— Если у него повреждение из-за магии, подобное невозможно исправить, — проговорила вестница с тревожащим ее сомнением. — А вы вот так легко за это беретесь?

— Говорили, что нелюбопытны, но задаете много вопросов, — Ларс вернул ей колкость.

Его спутница мгновенно замолчала. Он даже немного осудил себя за резкость.